Проблемы Эволюции

Проблемы Эволюции

Рекламные ссылки

 

Семинар "Вопросы эволюции" №44

21-Jan-17 19:45

СЕМИНАР «ВОПРОСЫ ЭВОЛЮЦИИ»
Заседание № 44

Адаптация к неблагоприятной среде способствует эволюции ускоренного старения: эксперимент на дрозофилах отчасти подтверждает классическую теорию

Марков Александр Владимирович (Биологический факультет МГУ, кафедра биологической эволюции, Палеонтологический институт РАН),
Наймарк Елена Борисовна (Палеонтологический институт РАН),
Яковлева Екатерина Юрьевна (Экономический факультет МГУ).

«Классическая эволюционная теория старения» основана на идеях Питера Медавара и Джорджа Уильямса о снижении эффективности отбора с возрастом особей и об антагонистической плейотропии аллелей, повышающих приспособленность в молодости ценой ее снижения в старшем возрасте. Теория предсказывает, что повышение экзогенной смертности должно способствовать эволюции ускоренного старения и сдвигу репродукции на ранний возраст. Опыты по искусственному отбору, поставленные для проверки этих предсказаний, дали неоднозначные результаты. В ходе эволюционного эксперимента на дрозофилах мы обнаружили, что адаптация мух к обедненной кормовой среде привела к наследуемым изменениям параметров жизненного цикла, которые в основном совпадают с предсказаниями теории, но отличаются в деталях. Эволюционные изменения, зафиксированные в нашем эксперименте, совпадают по своей направленности с модификационной изменчивостью «наивных» мух при переходе на неблагоприятный кормовой субстрат. Полученные результаты дают пищу для размышлений не только об эволюции жизненного цикла, но и о механизмах генетической ассимиляции модификационных изменений.

Доклад состоится в пятницу, 27 января, в 18:00 по адресу:
Москва, Ленинский пр-т 33, большой конференц-зал на первом этаже
Вход свободный. Видеотрансляция и видеозапись не предусмотрены.

This entry was originally posted at
http://macroevolution.dreamwidth.org/221742.html. Please comment there using OpenID.

О феромонах млекопитающих - на память

18-Jan-17 15:06

Решил вынести сюда часть феромонного холивара, затеянного Сергеем Белковым (часть, которая с моим участием). Я, пожалуй, воздержусь от дальнейшего продолжения дискуссии, т.к. по-моему всё уже сказано. Пусть будет на память, а то там в миллионах комментов затеряется.
Вот его
пост. Один из целой серии на эту тему. Сергею почему-то показалось необходимым доказать, следуя задорной и полемической книге Ричарда Доти, что у млекопитающих феромонов нет и быть не может (вопреки существованию множества современных статей, экспериментальных и обзорных, о феромонах млекопитающих - все они объявляются ошибочными. Ошибочными в том смысле, что называют феромонами то, что феромонами не является). Более того, возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что он даже обвиняет в распространении лженауки тех, кто не соглашается с ним и с Доти. Там в дискуссиях много всякого, в т.ч. неприятного, например, повылезавшие из щелей хейтеры упоминаемых и участвующих персонажей, злорадствующие, что объект их ненависти наконец "прищучили". Но есть и содержательная часть.

Итак, фрагменты обсуждения.

macroevolution:

А мышиный половой феромон ESP1 вы опровергли уже? Я мог что-то пропустить. Ссылку я давал в фейсбуке, а сейчас снова наткнулся на нее в той статье, из которой вы процитировали определение феромонов.

(The Journal of Biological Chemistry: Yoshinaga, S.; et al. Structure of the mouse sex peptide pheromone ESP1 reveals a molecular basis for specific binding to the class C G-protein-coupled vomeronasal receptor. J. Biol. Chem.2013, 288, 16064–72. )

"Touhara’s chemosensory signaling lab managed to lay out the full picture for one mouse pheromone—exocrine gland-secreting peptide 1 (ESP1). They found that secretions from male mice from a minor tear gland called the extraorbital lacrimal gland, located under the ear, triggered VNO activity in females. “It was really an accident”, Touhara says. The gland was so understudied that they could barely find mention of it in the literature. And yet, it makes sense as a source of pheromones, he explains. Watch a mouse or a cat grooming and you’ll see it rubbing around its ears with its paw; that motion could facilitate the spread of secretions onto the animal’s fur. The researchers isolated the molecule in 2005, but it took five more years to determine its role in enhancing females’ sexual receptivity and to identify the receptor."

allchymist:

Ок, читаем прямо абстракт:

- "Exocrine gland-secreting peptide 1 (ESP1) is a sex pheromone that is released in male mouse tear fluids and enhances female sexual receptive behavior."
- "The specific sensing mechanism of the mammalian peptide pheromone by the class C GPCR remains to be elucidated. "

Я считаю, что уже здесь все должно быть понятно. Что люди нашли какой-то белок, который постулировали (?!!) феромоном, он взаимодейтсвует с одним из рецепторов (это не удивительно в силу того что любой рецептор может с чем либо взаимодействовать) и начали устанавливать его структуру. Что безусловно клево, но не очень понятно, какое это имеет отношения к феромонам. Доказательство феромонности - это не рецепторы, а изменения в поведении же, причем не каждое изменение. А в данном контексте и глутамат натрия - феромон.

Я, кстати, уже несколько раз явно и неявно и даже лично вам пытался донести, что для неводных организмов называть феромоном пептид - это как бы не очень хорошо, ибо пептиды нелетучи. Да и про то, что на каждый рецептор найдется способное связываться с ним вещество тоже указывал.

macroevolution:

"люди нашли какой-то белок, который постулировали (?!!) феромоном"
Нет, не постулировали. В данной статье 2013 года люди уверенно говорят об этом белке как о феромоне, потому что ранее были опубликованы другие статьи, в которых было показано его действие. Так, есть статья 2010 года "The male mouse pheromone ESP1 enhances female sexual receptive behaviour through a specific vomeronasal receptor", в которой показано следующее:

1) ESP1 распознается специфическим вомероназальным рецептором, V2Rp5.
2) Сигнал от рецептора поступает у самок в гипоталамус и амигдалу через дополнительную обонятельную луковицу.
3) Это стимулирует рецептивное половое поведение самки (лордоз), что способствует успешной копуляции.
4) У самок с неработающим рецептором V2Rp5 (V2Rp5-deficient mice) ESP1 не вызывает ни описанной выше нейронной активации, ни описанного выше полового поведения.

Я считаю, что уже здесь все должно быть понятно. Авторы делают абсолютно законный вывод: "These findings show that ESP1 is a crucial male pheromone that regulates female reproductive behaviour through a specific receptor in the mouse vomeronasal system."

"взаимодействует с одним из рецепторов (это не удивительно в силу того что любой рецептор может с чем либо взаимодействовать)" - да, но это не значит, что на любой пептид найдется специфический рецептор в ВНО, или что любой рецептор ВНО обязательно будет реагировать на какой-то секретируемый пептид. А в данном случае речь идет о специфическом рецепторе именно для этого пептида.

Я, кстати, уже несколько раз явно и неявно и даже лично вам пытался донести, что для неводных организмов называть феромоном пептид - это как бы не очень хорошо, ибо пептиды нелетучи.
Совершенно верно. А я лично вам пытался намекнуть, что, поскольку наличие у мышей специализированных вомероназальных рецепторов, заточенных именно на те или иные вполне определенные пептиды (например, пептиды MHC, формил-пептиды, вот этот ESP1), является установленным фактом, то этот ваш аргумент отправляется на помойку. Летучие - не летучие, а как-то попадают в нос (и в общем понятно как - при контактах, при обнюхивании шерсти, с пылью). Иначе не было бы специализированных рецепторов для пептидов в носу. Но вы повторяете аргумент про "писанье в нос" после того, как были даны ссылки на статьи, показывающие существование специализированных рецепторов для пептидов в носу.

allchymist:


"А я лично вам пытался намекнуть, что, поскольку наличие у мышей специализированных вомероназальных рецепторов, заточенных именно на те или иные вполне определенные пептиды (например, пептиды MHC, формил-пептиды, вот этот ESP1), является установленным фактом, то этот ваш аргумент отправляется на помойку."

А мысль о том (озвученная мной ранее неоднократно). что лигандов к каждому рецептору может быть бесконечное количество, и что любое вещество строго говоря может быть лигандом к любому рпецетору (и именно на этом построено все обоняние в принципе) вам не приходила в голову. Что эволюционное здесь - именно широкий, но не лимитированный набор потенциальных лигандов.

И это простое размышление не только соответствует научному знанию, но и отправляет на помойку ваши размышления о том, что "Иначе не было бы специализированных рецепторов для пептидов в носу". Потому что они есть и их лично у вас почти 4 сотни разновидностей. И каждый из которых сигналит напрямую в мозг.

macroevolution:

Но все же у обонятельных рецепторов есть избирательность: не все реагируют на все. Есть очень узко специализированные. В том числе таковыми являются вомероназальные рецепторы семейства V2R, а также вомероназальные рецепторы формил-пептидов. У человека, кстати, работающих рецепторов V2R, по-видимому, нет. Это еще одно замечание к Вашей лекции: вы там показываете таблицу по обонятельным рецепторам, из которой получается, что у обезьян не такое уж плохое обоняние. А вот по вомероназальным получается четко: у высших приматов по сравнению с грызунами от богатого репертуара вомероназальных рецепторов остались жалкие крохи.
Есть теория, объясняющая, каким образом у тетрапод возникла специализированная часть обонятельной системы, заточенная именно на восприятие водорастворимых, но при этом не обязательно летучих веществ. Это произошло в процессе выхода рыб на сушу. Основная часть обонятельного эпителия переквалифицировалась на воздушное обоняние, летучие вещества. А меньшая часть сохранила свою "водную" специфику - это как раз та часть вомероназального эпителия, где экспрессируются рецепторы V2R.

allchymist:

Отлично. У обонятельных рецепторов есть избирательность, но это не феромоны. А у рецепторов в ВНО, которые такие же, есть избирательность, но это феромоны.

Двоемыслие вижу я зжесь.

Про обоняние - в этом была моя мысль и претензия к Тимоновой. Нельзя измерять качество обоняния количеством рецепторов. Это все равно что измерять эффективность труда количеством рабов на душу населения.

(конец треда)
Боковой тред:


macroevolution:

И вы почему-то ответили только на второстепенную часть моего сообщения, про летучие-нелетучие.
А на главную не ответили, вот на эту:
1) ESP1 распознается специфическим вомероназальным рецептором, V2Rp5.
2) Сигнал от рецептора поступает у самок в гипоталамус и амигдалу через дополнительную обонятельную луковицу.
3) Это стимулирует рецептивное половое поведение самки (лордоз), что способствует успешной копуляции.
4) У самок с неработающим рецептором V2Rp5 (V2Rp5-deficient mice) ESP1 не вызывает ни описанной выше нейронной активации, ни описанного выше полового поведения.

По-вашему, этих фактов недостаточно, чтобы признать, что ESP1 - феромон?
Или факты ошибочны?
Я не видел опровержений этих фактов. Вы уверены априори, что они ошибочны? Или их недостаточно?

allchymist:

Я же ответил. Но повторюсь

1. Ошибка техасского снайпера.
2. Строго говоря, все сигналы от любых рецепторов попадают в мозг, причем разными путями. Но неважно, ибо феромон - это не "как идет" а "что вызывает".
3. Сколько это в %, насколько специфично и насколько это является результатом опыта. Это главный вопрос, где кроется ответ.
4. Я правильно понимаю, что эти самки не способны на половую жизнь? А может они просто лишены возмоности реагировать на один из множества стимулов? Потому что лишены рецептора, который может воспринимать запах, и, как следствие не могут воспринимать этот запах? Ок, я могу таким же образом нокаутировать мышь по любому обонятельному гену и сказать, что она теперь не может нюхать определенные вещества. Можно вообще просто выколоть глаза, а потом сказать - смотрите, они не видят, это визиомоны!!!

Тут не дело в том, что факты ошибочны. Дело в том, что из них ничего не следуюет, Это достаточно базовая логика.

(конец треда)
Боковой тред:


drumyantsev:

А с аргументами из статьи Сергея Белкова про эффекта Брюса Вы согласны?
http://allchymist.livejournal.com/1830.html

macroevolution:

Спор же идет об определениях, и поэтому ваш вопрос можно переформулировать примерно так: сохранит ли понятие "феромон" осмысленность и полезность, если определить его так, чтобы под это определение не попадали пептиды MHC, вызывающие эффект Брюс? (это женщина, поэтому не Брюса).
Это не очень простой вопрос. Я считаю, что если строго придерживаться того критерия, что феромоном можно называть только вещество, вызывающее абсолютно безусловную реакцию, никак не опосредуемую и не модифицируемую опытом, обучением, условиями развития - абсолютно ничем, кроме генов - то термин "феромон" теряет всякий практический смысл и становится не приложим не только к феромонам млекопитающих, но и к большинству феромонов насекомых.

Например, у муравьев и других общественных насекомых есть "королевские феромоны" - вещества, выделяемые размножающимися самками, которые модулируют поведение рабочих (см.: https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_honey_bee_pheromones#Queen_mandibular_pheromone ). Так вот, влияние этих феромонов на поведение - не строго врожденное. Оно зависит от кастовой принадлежности, а кастовая принадлежность у самок общественных перепончатокрылых определяется не генами, а условиями развития - "воспитанием". Стало быть, по Белкову, королевские феромоны - не феромоны.

С другой стороны, пептиды MHC опосредуют индивидуальное распознавание, их набор уникален для каждой особи и реакция на них (в случае эффекта Брюс) тоже индивидуальна и зависит от личного опыта, а королевские феромоны действуют схожим образом на большие группы особей (в предельном случае - на всех рабочих в семье, хотя в действительности это не так: рабочие разных профессий будут реагировать по-разному) и поэтому в принципе, наверное, можно извернуться и дать такое определение феромона, чтобы королевские феромоны пчел и муравьев туда попадали, а пептиды MHC в случае эффекта Брюс - нет. Но это будет непростая лингвистическая задача.

allchymist:

Обязательно искажать мои утверждения, для того чтобы доказать свои?

Тут нет никакой лингвистической задачи и дихтомии, которую вы мне приписывали. Но феромоны не обеспечивают инивидуальное распознавание, даже в страшном сне ни в каком определении.

macroevolution:

Разве я что-то исказил?
Вот диалог из Вашего блога:
- А запах течной суки не действует разве на кобелей как ферромон?
- Действует, да. Как феромон, но не как феромон... Это очень короткая история. С одной стороны, этот запах, и даже установлена конкретная молекула, привлекает самцов. Но привлекает самцов не только запах, но и поведение, то есть реакция как минимум комплексная, и одного запаха недостаточно. И, судя по всему, на кобелей, не имевших контакта с сучкой, этот запах не действует. То есть для того, чтобы он действовал все равно необходимо определенное предварительное знакомство и с запахом, и с процессом спаривания, о врожденности говорить пока не приходится.


Применяем эти критерии к королевским феромонам перепончатокрылых. "Привлекает нет только запах, но и поведение, реакция комплексная" - да, царицы издают не только запахи, но и, например, специфические звуки, на которые реагируют рабочие: реакция комплексная.
"на кобелей, не имевших контакта с сучкой, этот запах не действует." - у муравьев, ставших репродуктивными крылатыми самками (чему способствует как раз отсутствие воздействия королевских феромонов - "незнакомство"), королевские феромоны не вызывают тех поведенческих реакций, которые они вызывают у рабочих.

Можно продолжить. Возьмем хорошо изученный мужской половой феромон дрозофилы - cVA. Один из его эффектов состоит в том, что самка, уже спарившаяся с кем-то и поэтому пахнущая этим мужским феромоном, становится менее привлекательной для самцов. Так вот, этот эффект тоже не врожденный: он зависит от обучения, от сексуального опыта самца. "Молодые самцы поначалу ухаживают за всеми самками без разбора, но вскоре начинают предпочитать девственниц, убедившись на опыте, что с ними легче поладить. Австрийские биологи частично расшифровали механизм такого обучения. Оказалось, что неудачные ухаживания повышают чувствительность самцов к мужскому феромону cVA, которым пахнут самки, уже спарившиеся с кем-то. Для успешного обучения необходима работа особой группы дофаминовых нейронов, посылающих сигналы в грибовидное тело — отдел мозга, ответственный за принятие решений." (подробнее: http://elementy.ru/novosti_nauki/431890 ). Чем в таком случае половой феромон дрозофилы лучше полового феромона собак? Всё то же самое. И Вы должны признать, что cVA в таком случае - тоже не феромон. Да и к тому же многие кутикулярные углеводороды насекомых, выполняющие функции феромонов, слабо летучи или вообще нелетучи - это контактные феромоны, воспринимаются при ощупывании-облизывании потенциального партнера. Так что насекомщики тоже, знаете ли, распустились: называют феромонами все что ни попадя.

allchymist:

Александр, ну честно, я не ожидал от вас такой демагогии.

Во-первых я даже в той же лекции говорил, что концепция феромонов имеет свои сложности даже в трактовке поведения насекомых, и существуют определенные методологические сложности по ее изучению. Но там она появилась и там имеет право быть. В случае млекопитающих - ее даже применить не к чему.

(конец треда)
Боковой тред:

macroevolution:


Что касается пептидов MHC, то мне мое чувство прекрасного тоже подсказывало, что называть их феромонами не совсем хорошо. Я сам их никогда так не называл в научных статьях и лекциях. Это очень интересные молекулы, компоненты иммунной системы, которые по совместительству используются позвоночными для химической коммуникации. Называть их просто феромонами - как-то принижает их достоинство. Однако, посмотрев сейчас литературу, я заметил, что многие все же называют их феромонами в данном контексте (можно предположить, почему их стали называть феромонами, но это не столь важно). И теперь я готов пересмотреть свое отношение, потому что считаю, что в биологии определенческий догматизм не очень полезен. Смысл терминов плывет со временем, хотим мы этого или нет, и "правильное" словоупотребление - это принятое словоупотребление. По-моему, так.

(конец треда)



Update. Интересная инфа от superhimik: "... Меня неприятно удивляет тот факт, что участники срача, в особенности химики, не посмотрят на определение, которое даёт феромонам наш главный законодательный орган – IUPAC, и пытаются обвинять во всех смертных грехах стрелочников. Узрите уже и не позорьтесь: https://goldbook.iupac.org/P04544.html "


This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/221340.html. Please comment there using OpenID.

Франс де Вааль об излишнем скептицизме в науке

17-Jan-17 19:44

Начал читать замечательную новую книгу Франса де Вааля (хотя произносится он "де Валь", как утверждает З.А.Зорина, лично с ним знакомая)  "Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных". Научным редактором перевода была Е.Б.Наймарк, так что, в отличие от некоторых других недавно изданных переводных книжек, читать это вполне можно. В самом начале книги - занятные рассуждения о скептицизме, которые приведены ниже под катом, но сначала я хотел бы пару слов от себя. Да, критическое отношение ко всем идеям, теориям и результатам экспериментов, повторяемость, многократные перепроверки, всё вот это вот - суть основы научного метода. Но чувство меры необходимо и здесь тоже! 

Есть целый ряд примеров, когда чрезмерный скептицизм вредил развитию науки, тормозил его (или пытался затормозить). Можно долго спорить о каждом конкретном случае, доказывая, что всё это в конечно счете было "на пользу". На пользу ли? Скажем, есть мнение, что первое издание "Происхождения видов" Дарвина было самым лучшим, а в последующих изданиях Дарвин под напором критики современников (уровень которой на самом деле был гораздо ниже уровня критикуемой книги) внес множество изменений и дополнений, которые, как мы теперь видим с высоты современных знаний, только портили книгу. Альфреда Вегенера скептики обсмеяли и затравили с его дрейфом континентов. На пользу? Или, может быть, только зря потратили несколько десятилетий, в течение которых теоретическая геология продолжала идти по ложному пути "фиксизма"? Может быть, отнесясь к идеям Вегенера с большим интересом и вниманием, геологи нашли бы доказательства тектоники плит лет на 30 раньше?

Есть, по-моему, даже некий особый психологический тип такого ученого-опровергателя, который строит свою карьеру и повышает репутацию путем усиленной демонстрации своего скептицизма: чем скептичнее, тем солиднее и ученее. Каждое революционное открытие создает обширную, заманчивую нишу для опровергателей. Особенно если авторы открытия действительно перестарались и выдали слишком экстремистские формулировки (пример: "центральная догма молекулярной биологии" Крика, которая обеспечила работой целое поколение опровергателей, открывавших то обратную транскрипцию, то эпигенетическое наследование. И это, кстати, яркий пример позитивной роли скептицизма в науке, и таких примеров полно, всё дело именно в чувстве меры! В других случаях польза опровергательства менее очевидна - как в случае с танцами пчел, за которые сначала дали нобелевку, а потом опровергали-опровергали, да так и не опровергли, хотя отдельные специалисты навсегда застряли на опровергательной стадии. Я про Менделя даже не буду сейчас... В общем, слово Франсу де Валю:


Как же быть со скептиками, которые убеждены, что животные по определению застряли в ловушке настоящего времени и только человек помышляет о будущем? Обосновано ли их высокомерие или они просто закрывают глаза на возможности животных? И почему человечество так склонно преуменьшать интеллект животных? Мы без колебаний отказываем им в способностях, которые у себя воспринимаем как должное. Что стоит за этим? В попытке понять, каким уровнем интеллектуального развития обладают другие виды, главная проблема заключается не в животных, а в нас самих. Человеческое мироощущение, способность к творчеству и воображение в значительной степени составляют часть проблемы. Прежде чем мы зададимся вопросом, способны ли животные на какую-либо разумную деятельность – особенно такую, которую мы высоко ценим в себе самих, – нам следует преодолеть внутреннее сопротивление, чтобы по меньшей мере рассмотреть эту возможность. Поэтому главный вопрос книги: «Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?» (...)

Короткий ответ таков: «Да, но кто его знает?» В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Народная традиция приписывать животным способность думать и испытывать эмоции считалась наивной и нелепой. Мы, ученые, ничего не принимали на веру. Мы никогда не позволяли себе воспринимать всерьез высказывания вроде «моя собака ревнива» или «мой кот знает, чего хочет», не говоря уже о более сложных материях, таких как способность животных переживать прошлое или сочувствовать чужой боли. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. К счастью, были исключения, и позднее я непременно остановлюсь на них, так как отдаю должное истории своей науки. Однако две главные школы психологии рассматривали животных или как механизмы, построенные по принципу «стимул – реакция», с тем чтобы избежать наказания и получить вознаграждение, или как роботов, генетически наделенных полезными инстинктами. Притом что обе школы не обладали широтой взглядов и спорили друг с другом, их объединял фундаментальный механистический подход: не следует принимать во внимание внутренний мир животных, а тот, кто принимает, придерживается антропоморфных, романтических и ненаучных взглядов.
Стоит ли вспоминать об этом непродуктивном периоде? В предшествующие годы представления были заметно свободнее от предрассудков. Чарльз Дарвин подробно писал об эмоциях животных и человека, а множество ученых XIX столетия стремилось обнаружить у животных развитый ум. Остается тайной, почему такие исследования были приостановлены на неопределенное время и для чего мы по собственной воле повесили камень на шею биологии – так выдающийся эволюционист Эрнст Майр охарактеризовал картезианское представление о животных как о бездушных автоматах{2}. Но времена меняются. Наверное, все обратили внимание на лавину информации, которая в последние два десятилетия стремительно заполнила Интернет. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в качестве подтверждения. Мы узнаем, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Мы открыто говорим о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.
Во всех подобных случаях мы предпочитаем сравнивать и противопоставлять интеллект животных и человека, принимая самих себя за точку отсчета. Следует, однако, сознавать, что этот способ давно устарел. Сравнение нужно проводить не между животными и человеком, а между одним видом животных – нами – и великим множеством других. И хотя по отношению к последним я в большинстве случаев буду употреблять условное обозначение «животные», невозможно отрицать, что люди – точно такие же животные. Таким образом, мы сравниваем не два разных интеллекта, а, скорее, разновидности одного и того же. Я рассматриваю человеческий разум как вариант животного разума. Ведь непонятно даже, насколько продвинут наш разум по сравнению с разумом, способным управлять восемью независимо движущимися конечностями, каждая из которых снабжена самостоятельной нервной системой, или разумом, позволяющим летающему существу охотиться на подвижную добычу, руководствуясь отражением собственных пронзительных звуков.
Мы, конечно, придаем первостепенную важность абстрактному мышлению и языку (пристрастие, по поводу которого я постараюсь не иронизировать в этой книге), но в отдаленной перспективе это всего лишь один из способов выживания. Муравьи и термиты, возможно, нашли лучшее применение своей численности и биомассе, чем мы, сделав ставку на тесное взаимодействие между членами колонии, а не на индивидуальное сознание. Каждое сообщество действует как самоорганизующийся разум, даже то, которое топчется вокруг нас на тысячах маленьких лапок. Существует множество способов перерабатывать, упорядочивать и распространять информацию, но только недавно наука приобрела достаточную широту взглядов, чтобы рассматривать все эти способы с удивлением и восхищением, а не с пренебрежением и осуждением.
Так что – да, мы достаточно умны, чтобы оценить по достоинству другие виды, но для этого потребовалось, чтобы сотни фактов, первоначально полностью отвергаемых наукой, пробились сквозь нашу твердолобость. Причины, по которым мы избавились от излишка предубеждений и антропоцентризма, следует искать в том, что мы узнали и переосмыслили за прошедшее время. Оценивая эти перемены, я неизбежно привношу собственную точку зрения, отдающую предпочтение целостности эволюции в ущерб традиционному дуализму. Противопоставления ума и тела, человека и животного или рассудка и эмоций могут показаться плодотворными, но уводят далеко в сторону от общей картины. Биолог и этолог по образованию, я не могу оправдать скептицизма прошлых лет, связывавшего нас по рукам и ногам. Сомневаюсь, что он стоил того океана чернил, который мы, в том числе и я, на него потратили.
This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/221078.html. Please comment there using OpenID.

По малочисленным просьбам читателей

16-Jan-17 16:57

Оригинал взят у
bbzhukov в По малочисленным просьбам читателей
Честно говоря, я надеялся, что либо уважаемый <lj user=barson>, либо кто-нибудь из участников дискуссии в ЖЖ <lj user=macroevolution> повесит если не запись, то хоть краткий пересказ того, что было в пятницу в ИПЭЭ на семинаре «Вопросы эволюции». Но никто так и не собрался, а не попавшие интересуются. Так что, видать, придется самому.

Итак, заявленная тема доклада Михаила Чудецкого – «Роль курганчиковой мыши в становлении индоевропейской цивилизации». Суть (насколько я ее понял): есть такая зверюшка – курганчиковая мышь (Mus spicilegus), близкий родич знакомой всем домовой мыши и очень на нее похожая. Однако от нее и от прочих близких родственников отличается уникальной формой поведения, связанной с запасанием еды. Вообще еду запасают очень многие грызуны и многие из них предпочитают в качестве объекта запасания сухие семена, в том числе зерна злаков. Но все мыши как мыши, запасают еду где-нибудь в глубоких отнорках, выбирая, где почва посуше. А эта мышь запасает зерно (до 10 кг!) в курганчиках. Попросту говоря, складывает в кучу на поверхности над своей норкой, прикрывает сверху слоем земли и травяной ветошью (если надо, то еще и дренажной канавкой обводит). А потом снизу, из-под земли пробивает к этом хранилищу вертикальные штреки, в которые зерно сыплется само. Однако все никогда не высыпается (мышь не лущит колоски, а складирует фураж прямо в них), и по весне над курганчиками восходят плотные смешанные куртины нескольких видов злаков. А чего им не восходить? Земля разрыхлена, увлажнена талыми водами, хорошо аэрирована. Тесновато, правда, зато нет проблемы прорасти сквозь дерновину (которой были покрыты все места произрастания степных и луговых злаков, пока человек не начал пахать землю).

Это все было известно. А основная мысль доклада состояла в том, что такой способ запасания с такими регулярно наступающими последствиями превратил курганчиковую мышь в «платного распространителя» семян предпочитаемых ею злаков: она стала выполнять для них ту же функцию, что сойка – для дуба, кедровка и бурундук – для кедра и т. д. Т. е. отношения мыши и злаков превратились в симбиотические, что определило дальнейшее направление эволюции наиболее любимых ею злаков: увеличение размера семени (раз мышь носит, можно не облегчать семя, а напихать в него побольше запасных веществ – стартового капитала будущего растения), неопадание спелых зерен из колоса, утрата приспособлений для прорастания в дерновине, адаптация к росту в сильно загущенных посадках (где выгоднее не ветвиться, а сразу выгонять одну высокую трубку с колосом) и т. д. И все это – именно те качества, которые облегчают окультуривание злака, превращение его из дикого в посевной. Т. е. союз с мышью фактически преадаптировал ряд злаков к введению их в культуру ранними земледельцами-людьми.

Разумеется, земледелие (в том числе возделывание злаков) возникло независимо в разных местах планеты, и везде люди как-то придали выбранным для этого злакам все эти качества. Но во всех древних очагах в культуру вводилось по одному, максимум – по два злака. А в переднеазиатском Плодородном полумесяце – сразу пять: два вида пшеницы, рожь, ячмень и овес. По мысли докладчика, состав этого роскошного набора определила именно мышь – именно эти злаки составляли основу ее запасов. Если так, то ее курганчики, облегчив обитателям тех мест переход к земледелию, дали им огромную врменнУю фору.

Мало того. Давно было известно, что геном культурной мягкой пшеницы Triticum aestivum – это генетический монстр-гексаплоид, представляющий собой результат объединения геномов трех самостоятельных (и даже не очень близкородственных) видов злаков: дикой пшеницы Triticum urartu, какого-то точно не установленного злака (скорее всего из рода Sitopsis) и эгилопса Aegilops tauschii. (Другая широко распространенная культурная пшеница – твердая, T. durum – тоже монстр, но поскромнее, всего лишь тетраплоид, слепленный из другой дикой пшеницы и другого эгилопса.) Причем первое слияние геномов (заметьте: не просто гибридизация, а слияние геномов, приведшее к тому, что у получившегося растения стало вдвое больше хромосом, чем было у каждой из родительских форм!) произошло сотни тысяч лет назад, т. е. «древние селекционеры» тут уж точно ни при чем – их дальние предки жили вдали от этих мест и, вероятно, были еще не сапиенсами, а поздними эректусами. Второе произошло уже в раннеземледельческие времена, но совершенно непонятно, с каких фигов древние хлеборобы решили «улучшить» уже возделываемую полбу (пшеницу-двузернянку, результат первого слияния геномов) совершенно несъедобным для человека эгилопсом. Так вот, по мысли докладчика, люди тут ни при чем: семена и молодые растения всех упомянутых видов регулярно встречались друг с другом в мышиных курганчиках. Что там было, какие невероятные стечения обстоятельств привели к такому «срастанию» геномов разных видов – неизвестно, но мало ли? Может, в каком-то из этих злаковых живых снопов еще и безвременник рос...

И все бы складывалось просто чудесно, кабы не одна закавыка: в самом раннем в мире очаге возделывания злаков, где, по единодушному мнению специалистов (с которыми согласен и докладчик), произошло окультуривание всех этих замечательных злаков, – Плодородном полумесяце – курганчиковая мышь не водится. И судя по палеонтологическим данным, не водилась никогда. Ее ареал – бассейн среднего и нижнего Дуная (Австрия, Венгрия, равнинная Румыния), бОльшая часть Украины, Ростовская область  и, возможно, другие «приукраинские» российские регионы. А в Плодородном полумесяце и вокруг него живет мышь македонская (она же турецкая) – ближайший родич курганчиковой, очень похожая на нее всеми чертами и повадками, кроме одной: она никогда не строит никаких курганчиков, а зерно запасает, как все приличные мыши, в норе. О чем докладчику не преминула сообщить Елена Котенкова – крупнейший отечественный специалист по мышевидным грызунам, сотрудник того самого института, в стенах которого проходил семинар.

Докладчик (который вообще-то об этом знал) предложил обойти эту трудность предположением, что в прежние-де времена у македонской мыши тоже была такая форма поведения, но с изменением климата стала невыгодной и выпала. Вспомнили, что в старой зоологической литературе есть сообщения, что закавказские македонские мыши иногда устраивают кладовые на поверхности, если там есть какое-то естественное укрытие (например, коряга). Это всегда интерпретировалось как своего рода потенциальный «зачаток» – редкая уклоняющаяся форма поведения, из которой у близкого вида развилось сооружение курганчиков. Докладчик же, наоборот, считает, что это рудимент поведения, свойственного-де общему предку обоих видов, но затем у македонской мыши выпавшего. Что, конечно, в принципе можно себе представить – но, как резонно заметила та же Котенкова, никаких фактических оснований для такого предположения нет.

(Нота-бене: в принципе эти основания можно было бы и поискать. Конечно, формы поведения обычно не оставляют окаменелостей. Но курганчики – структуры весьма характерные, встречаться должны были – если гипотеза Чудецкого верна – массово, а времена сравнительно недавние, какие-то следы могли и сохраниться. Беда в том, что если наложить территорию Плодородного полумесяца на современную карту мира, то он накроет Палестину, Сирию, юго-восток Турции и запад Ирака. Самое время сейчас ехать туда остатки курганчиков искать, ага...)

Вообще было впечатление, что докладчик не очень представлял себе, в какую аудиторию он идет, и совершенно не был готов даже к относительно безобидным вопросам – не говоря уж о жесткой критике. Не улучшило впечатление и употребленное в названии доклада слово «индоевропейской» – оно вызвало недоуменные вопросы еще до семинара (в обсуждении в журнале Маркова). А на самом семинаре присутствовала Светлана Бурлак, квалифицированно пояснившая автору и аудитории, что во времена, о которых идет речь, никаких «индоевропейцев» не было не только на указанных территориях, но и вообще в природе. И сразу же, конечно, выяснилось, что докладчик употребил это слово только потому, что оно длинное и красивое – совершенно не представляя, ЧТО оно, собственно, значит.

Тем не менее сама основная идея доклада – специфический симбиоз ряда злаков с грызуном-распространителем как фактор эволюционной преадаптации этих злаков к окультуриванию человеком – представляется интересной и небессмысленной. Хорошо бы, чтобы кто-нибудь покопал и покрутил ее поосновательнее.

Вот мы тут сидим, а люди открывают новые надтипы

16-Jan-17 12:57

Описан новый надтип архей, к которому относятся предки эукариот

Современные методы метагеномного анализа уже позволяют собирать из фрагментов ДНК, выделенных из проб воды, донных осадков, почвы и других сред, целые геномы микроорганизмов, в том числе новых для науки. В 2015 году таким способом были открыты локиархеи — неизвестная ранее группа архей, близкая к эукариотам. Целенаправленный поиск микробов, родственных локиархеям, привел к обнаружению большой и разнообразной группы, заслуживающей ранга надтипа и получившей название «Асгард». В эту группу, помимо описанных ранее локиархей и торархей, входят два новых типа: одинархеи и хеймдалльархеи. В геномах асгардархей закодировано множество белков, ранее считавшихся характерными только для эукариот, в том числе многие компоненты цитоскелета, а также молекулярные системы, отвечающие за везикулярный транспорт и убиквитин-зависимую деградацию белков. Никто пока не видел асгардархей под микроскопом, но геномные данные указывают на более сложную организацию их клеток по сравнению с обычными прокариотами. Предки эукариот почти наверняка были асгардархеями, возможно, близкими к хеймдалльархеям. Открытие показало, что ряд шагов в сторону усложнения организации был сделан предками эукариот задолго до приобретения митохондриального симбионта.

Читать полностью

Схема клеточных процессов, в которых у эукариот участвуют белки, ранее считавшиеся уникальными для эукариот, но теперь обнаруженные у архей из новооткрытого надтипа.

Семинар "Вопросы эволюции" №43

10-Jan-17 16:02

В пятницу, 13 января, в 18:00, по адресу:
Ленинский пр-т, 33, в большом конференц-зале на первом этаже
состоится очередное заседание семинара
«ВОПРОСЫ ЭВОЛЮЦИИ»

Доклад:
Роль курганчиковой мыши в происхождении индоевропейской цивилизации

Докладчик: Чудецкий Михаил Юрьевич
Геологический факультет МГУ

Цивилизации доколумбовой Америки обладали одним культурным злаком – кукурузой, цивилизации Востока базировались на выращивании риса. Почему Природа так нечестно «раздала колоду ресурсных карт», что у индоевропейцев оказался не один, а пять злаков: ячмень, рожь, овес и два предка пшеницы? Впервые этот вопрос был сформулирован Н.И.Вавиловым. Данные палеонтологии, биогеографии, этологии и генетики позволяют комплексно подойти к этой загадке и, – как представляется автору – ее разгадать. Европейцы давно отвечают виновнику этой исторической несправедливости всей мощью химического оружия.

Окситоцин, любовь и война

04-Jan-17 12:53

Нейропептид окситоцин играет важную роль в регуляции социального и полового поведения животных. Для разных видов млекопитающих (от крыс до людей) показана способность окситоцина стимулировать аффилиативное (дружеское), половое и родительское поведение, подавлять страх, повышать доверчивость и восприимчивость к положительным социальным стимулам. Кроме того, окситоцин стимулирует у людей «оборонительную» агрессию против чужаков в контексте межгрупповой конкуренции. Германские приматологи, изучающие диких шимпанзе в национальном парке Таи (Кот-д’Ивуар), показали, что межгрупповые конфликты у шимпанзе сопряжены с повышением уровня окситоцина в моче. При коллективной охоте на мелких обезьян окситоцин у шимпанзе тоже повышается, но не так сильно. Новые данные позволяют предположить, что окситоцин является у шимпанзе не «гормоном любви и дружбы», а «гормоном любви, дружбы и войны».

Читать полностью


Для тех, кто прочел статью по ссылке, добавлю небольшой комментарий от себя. Неформальный, ненаучный, некорректный, чистые домыслы и грубое биологизаторство, ага.

Это очень важная работа, благодаря которой в общих чертах складывается весь окситоциновый пазл. Окситоцинэргическая система у млекопитающих с давних пор служила для регуляции репродктивного и родительского поведения. У социальных видов и у тех, кто формирует устойчивые брачные пары, эта система кооптируется для обслуживания аффилиативных (дружеских) отношений и привязанностей, а также для координации групповых действий (как, например, при коллективной охоте на мелких обезьян, которую практикуют шимпанзе). У видов, для которых характерны регулярные кровопролитные межгрупповые конфликты (как у шимпанзе и людей), эта система может быть привлечена еще и для обслуживания парохиальности и парохиального альтруизма. "Гормон любви и дружбы" становится "Гормоном любви, дружбы, координации групповых действий и войны" (не цепляйтесь к такому употреблению термина "гормон", я использую здесь это слово в расширенном смысле, поэтому в кавычках).

Развитая окситоцинэргическая система регуляции социального поведения - удобнейшая преадаптация для создания системы, регулирующей военное поведение. Окситоцин усиливает аффилиацию; чувствительность к положительным социально-значимым стимулам (т..е. к аффилиативным действиям и сигналам сородичей); отсюда - сплоченность, чувство "один за всех и все за одного", боевое братство - замешанное на остром чувстве любви к "своим", к боевым товарищам, к тем кто с нами.

Окситоцин притупляет чувство страха - в случае родительского поведения это полезно, чтобы защищать детеныша. Насколько это полезно в случае войны - пояснять не нужно.

А еще окситоцин повышает доверчивость (показано на людях). Отсюда - повышенная уязвимость к пропаганде, исходящей от "своих", если присутствует социальный контекст "наших бьют". Только очень ленивый лидер не использует эту уязвимость (и проиграет битву).

В обсуждаемой статье описано поведение шимпанзе в ходе инициации боевого рейда (есть также видео). Громкие вопли, беготня, объятия, растущее возбуждение, троганье друг друга за гениталии. Затем начинается рейд - и обезьяны замолкают, сосредотачиваются, идут бесшумно и чутко, держат строй.

Сравните это, например, с типичными средневековыми батальными сценами в голливудовских фильмах (которые, вероятно дают идеализированное, сказочное, но естественное для нас представление об инициации межгрупповой стычки). Сначала страх и сомнения, потом пламенные речи вождей, громкие крики, объятия, чувство боевого братства - и страх отступает, и появляется спокойная решимость...  Я, слава богу, никогда не принимал участия в боевых действиях. Но  вспомните чувства, которые захватывали участников протестных митингов. Помните, у многих было такое чувство, что кругом столько прекрасных людей. Это, я думаю, был выброс окситоцина, стимулируемый социальным контекстом "мы вместе против них".

Похоже, любовь и война крепко связаны через окситоцинэргическую систему. Эта связь, конечно,  ни в коем случае не является неразрывной. Плохо то, что межгрупповая вражда - сильнейший стимул для любви, и поэтому людям будет очень трудно избавиться от вражды.

Оригинал записи на Дриме (комментировать лучше там)

Журнал "Природа": первый интерактивный альманах

31-Dec-16 15:35

 Журнал "Природа" выпустил
первый интерактивный альманах.

Предполагается, что такие альманахи буду выходить раз в полгода.

В первый выпуск вошло 6 статей, в т.ч. моя про "мир палиндромов".

Кстати, я был приятно удивлен, обнаружив, что эта идея, которая была опубликована только в моем ЖЖ и в "Природе", попала в поле зрения Михаила Никитина и была им увековечена в книге "Происхождение жизни".
Второй такой приятный для меня сюрприз в книге Никитина - принятие им сценария зарождения эукариот в цианобактериальном мате, причем именно в том виде, в котором этот сценарий был расписан лет 10 назад в наших с А.М.Куликовым статьях. Тогда это было почти что высасывание из пальца. В ПИНе и дружественных институтах тогда вошла в моду бактериальная палеонтология, маты, эксперименты по образованию строматолитов и т.п. И я помню, как сочинял этот сценарий, опираясь в основном на воображение :) Но в итоге довольно неплохо многое угадалось и сошлось.

Редакция журнала "Природа" приветствует конструктивную критику по альманаху.

Слава Александре Элбакян!

28-Dec-16 14:09

Вообще-то мне давно хотелось написать про
Александру Элбакян.



Я считаю, что она сделала больше, чем кто бы то ни было, и для развития науки, и, в ещё большей степени, для ее популяризации, для образования и просвещения. Что бы делали без нее, например, авторы "Элементов"? А лекторы, которым нужно вставлять в свои лекции данные из новых публикаций? А когда пишешь любую научную статью, чтобы написать нормальное введение и обсуждение, обычно необходимо выкачать десятки полнотекстовых статей, из которых большинство - в платном доступе. Эта проблема особенно остро стоит здесь и сейчас, когда научные институты и университеты (вероятно, из-за отсутствия денег) практически не обеспечивают сотрудников подпиской на научные журналы.
Единственное, что меня останавливало - боязнь, что привлечение дополнительного внимания к sci-hub увеличит риск закрытия этого благословенного и спасительного сайта. Но теперь это уже не актуально, поскольку прославлением Александры занялся журнал Nature, включивший ее в десятку "людей года" (см.: Nature’s 10. Ten people who mattered this year).

"Critics and supporters alike think that the site will have a lasting impact, even if it does not last. “The future is universal open access,” says Heather Piwowar, a co-founder of Impactstory, a non-profit firm incorporated in Carrboro, North Carolina, which helps scientists track the impact of their online output. “But we suspect and hope that Sci-Hub is currently filling toll-access publishers with roaring, existential panic. Because in many cases that’s the only thing that’s going to make them actually do the right thing and move to open-access models.

Whether or not that’s true, Elbakyan says she will keep building Sci-Hub — in particular, to expand its corpus of older manuscripts — while studying for a master’s degree in the history of science. “I maintain the website myself, but if I’m prevented, somebody else can take over the job,” she says."

Я-то вообще с детства ненавижу всякие заборы, цензуру, железные занавесы, сожжения книг и блокировки сайтов - неважно, какими интересами, экономическими, политическими или просто держимордскими, мотивируется деятельность всех заборостроителей и "министерств правды" на свете. Я  восхищаюсь Александрой.

Слава интернету и информационным технологиям! Это же счастье - жить в такое прекрасное время, когда девчонка из Казахстана может взять и в одиночку победить целую огромную систему, многомиллионный бизнес, наживающийся на противодействии распространению знаний, которые должны быть открытыми для всех.





This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/218695.html. Please comment there using OpenID.

Склоки не имеют значения

27-Dec-16 15:39

 Случайно наткнулся на то, как студенты магистратуры филфака МГУ делят темы для своих студенческих работ или докладов по курсу "Современное естествознание":
https://vk.com/topic-29110323_34814736
Так забавно и трогательно. Разбирают главы из Дольника, Панова и Маркова. И не похоже, что кому-то из студентов есть хоть какое-то дело до того, как один из этих авторов относится к двум другим, кем он их считает и какие гневные разоблачительные статьи обрушивает на их головы.

Все эти споры и взаимные опровержения-разоблачения мало чего стоят. Интересна позитивная информация: факты, модели, гипотезы. Можно спорить о фактах, но в целом, по-моему, тратить силы на бодания с коллегами, доказывая несостоятельность их интерпретаций и гипотез - не самое продуктивное занятие. Кому, кроме историков науки, интересно, как бодались Ньютон с Гуком или Докинз с Гулдом (я не сопоставляю тут масштабы, разумеется! просто всем известные примеры касаются именно выдающихся ученых). Ученые интересны тем, что сделали позитивного. Конечно, диспуты могут быть увлекательными, как спор Кювье и Сент-Илера, но пользы в расчете на единицу затраченных сил все-таки маловато.

This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/218399.html. Please comment there using OpenID.

Первичноротые и вторичноротые

26-Dec-16 13:34

Важная новость, имеющая отношение к происхождению и ранней эволюции билатерий.

Эмбриональное развитие брахиопод проливает свет на природу первично- и вторичноротости

Двусторонне-симметричные животные (билатерии) вскоре после своего появления разделились на два эволюционных ствола — Protostomia (первичноротые) и Deuterostomia (вторичноротые). Их основным отличительным признаком считается способ формирования рта: у первичноротых рот развивается из бластопора (эмбрионального рта — отверстия первичной кишки на стадии гаструлы), а у вторичноротых рот не связан с бластопором. Дело осложняется тем, что в действительности вторичноротость характерна не только для Deuterostomia, но и для ряда представителей Protostomia. Изучение эмбрионального развития двух видов брахиопод с разными способами закладки рта позволило норвежским и американским зоологам частично расшифровать молекулярно-генетические основы первично- и вторичноротости. Оказалось, что судьба бластопора связана с работой эволюционно консервативных генов — регуляторов развития, участвующих в разметке эмбриональных тканей вдоль передне-задней оси. Авторы предполагают, что связь рта с бластопором или ее отсутствие — лишь побочный эффект рисунка экспрессии генов — регуляторов развития. Переходы от одного способа развития рта к другому могли происходить многократно, и в целом данный признак не так уж много говорит об эволюционной истории изучаемых организмов.

Читать полностью



José M. Martín-Durán, Yale J. Passamaneck, Mark Q. Martindale and Andreas Hejnol. The developmental basis for the recurrent evolution of deuterostomy and protostomy // Nature Ecologe and Evolution. 2016. V. 1. № 0005. Doi:10.1038/s41559-016-0005.

This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/218175.html. Please comment there using OpenID.

Отступаем на Dreamwidth!

25-Dec-16 10:22

Инструкции
тут.
Проверка связи.  This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/217893.html. Please comment there using OpenID.

Интервью в Esquire

22-Dec-16 15:32

Журнал Esquire
опубликовал интервью со мной. В журналах, особенно глянцевых, последняя правка текста часто делается редактором уже без согласования с авторами и журналистами, и порой эта правка бывает жестокой. Ведь редактор лучше знает, что хотел сказать интервьюируемый, да и ценные квадратные сантиметры глянца надо экономить. В данном случае ничего особо страшного не случилось, но некоторые нюансы всё же исказились настолько, что возникло желание опубликовать здесь этот текст в моей собственной редакции. Я ничего не добавлял, только вернул на место утраченные и искаженные смыслы.

Заведующий кафедрой эволюционной биологии МГУ, автор нонфикшн-бестселлера «Эволюция человека» умудряется совмещать несовместимое: научное признание со стороны коллег и страстную любовь, почти культ, со стороны поклонников, хранящих в электронных ковчежцах все видеозаписи публичных выступлений своего сэнсэя.

Какие лекторы оказали на вас влияние?
Когда я учился в МГУ на биофаке, на меня сильно повлияли лекции Владимира Васильевича Малахова. Он читал сравнительную анатомию и сравнительную эмбриологию беспозвоночных и открыл мне глаза на то, как данные морфологии и эмбриологии свидетельствуют об эволюции. Например, он излагал подробно, шаг за шагом, план строения разных типов животных, в том числе хордовых, и буквально подвел студентов к тому, что хордовые – это перевернутые брюхом вверх животные. Это было как озарение.

Как вы относитесь к тому, что у вас уже есть свой культ?
Я как-то не особенно заметил, что у меня есть культ. Кто-то, правда, создал во «ВКонтакте» группу «Александр Марков», но я не знаю, что там происходит и кто этим занимается. Но я заметил, что лет пять назад популяризаторская деятельность вошла в моду. И книжек научно-популярных стало больше, и лекторов, так что сейчас в этом поле уже начинает чувствоваться конкуренция. Это и в науке так. Люди, которые занимаются тем же, что и ты, с одной стороны – коллеги, с которыми очень полезно сотрудничать. А с другой стороны – они могут получить какой-то результат лучше тебя или раньше тебя. Вот, например, задумал я написать очередную книжку – о происхождении жизни. Но у меня работы много, а времени нет. И я предложил совместно написать эту книгу Михаилу Никитину из НИИ физико-химической биологии им. А.Н.Белозерского. А он: «Как?! Да я сам уже написал такую книгу, почти закончил, ее издаст Альпина нон-фикшн».
Или еще: я читал курс об эволюции человека бакалавриату «Вышки» и РЭШ, там была нейробиологическая часть, где я рассказывал об устройстве мозга и его эволюции. А сейчас у меня тот же курс в публичном лектории АРХЭ, но нейробиологическую часть приходится серьезно сокращать, потому что про это в том же лектории читает профессор Вячеслав Альбертович Дубынин, великолепный лектор, который гораздо лучше меня знает все про мозг – что я буду заниматься ерундой?

Когда вы начали читать научно-популярные лекции?
Осваивать устный жанр я начал в 2004 году на радио «Свобода». Там был отдел научно-образовательных программ, который заметил мой сайт «Проблемы эволюции», evolbiol.ru, и они позвали меня на передачу. Так и началось. А из лекций мне запомнилась одна из первых, в которой я говорил об эволюционной этике, об эволюции альтруизма. Лекция была в Политехническом музее, народа было много, и я очень переживал. Я вообще без эмоций не могу. Даже если есть лекция, которую я недавно читал, я должен каждый раз заново пережить все тезисы. Я не понимаю лекторов, которые могут фигачить четыре пары в день по пять дней в неделю, – как они живы?! Я каждый раз выкладываюсь полностью.
Но я бы не стал преувеличивать интерес к публичным лекциям. По моим ощущениям, даже в Москве не больше трех-четырех тысяч человек, которых научно-популярные лекции в принципе интересуют. А систематически готовы ходить лишь несколько сотен. Но всегда найдется несколько сотен человек, желающих летать на дельтаплане или лазать по скалам вниз головой. Да, конечно, я мог бы предположить, что это культурная элита, но у меня нет никаких фактических оснований, чтобы это утверждать. Мне просто приятно так думать.

Были ли у вас провалы на лекциях?
Серьезных провалов не было. Но был неприятный случай, когда я ездил с лекциями по городам. Все было очень хорошо, пока не попросили прочитать лекцию в школе. А там решили, что раз приехал ученый из Москвы, то надо собрать в принудительном порядке всю школу в актовом зале. И в значительной части это была ребятня, которой лекция нафиг не сдалась, они галдели. Это было очень тяжело и неприятно, но в итоге я обращался к тем, кто сидел в первых рядах, кому было интересно.

Что бы вы посоветовали популяризаторам, выступающим с публичными лекциями?
Во-первых, нужно четко отделять доказанные факты от ваших домыслов. Люди вам доверились, нельзя им вешать лапшу на уши. И еще: мне чудовищно не нравится, когда лектор ведет себя как гуру. Не нравится чисто эстетически. Когда все вокруг дураки, а он важный, доминантный альфа-самец – и вещает. К сожалению, эта манера действует, особенно на молоденьких девушек. Но это нечестно. Надо быть на равных, мне кажется.


Чтобы спастись от монстров Шпигельмана, нужно разбрызгаться

20-Dec-16 17:23

Чтобы спастись от паразитов, первым живым системам достаточно было время от времени разделяться на мелкие капли

Ключевым этапом зарождения жизни было появление химических репликаторов — комплексов молекул, способных к самокопированию и дарвиновской эволюции. Первые репликаторы должны были сразу же столкнуться с проблемой репликационных паразитов — «безбилетников», использующих ресурсы сообщества для собственного размножения и ничего не дающих взамен. Спасти зарождающуюся жизнь от засилья паразитов могла компартментализация — размножение внутри маленьких изолированных ячеек, таких как микрополости минералов или «протоклетки», окруженные липидными мембранами. Эксперименты на искусственных репликаторах показали, что для защиты от паразитов репликаторам не нужно постоянно находиться внутри компартментов: достаточно периодического разделения раствора на мелкие капельки, которые потом могут снова сливаться. Такой эволюционный режим не дает распространяться агрессивным паразитам, но сохраняет определенную пропорцию «умеренных» паразитов, не приносящих большого вреда сообществу и способных служить исходным материалом для полезных эволюционных новшеств.

Читать полностью

Про котиков

16-Dec-16 15:32

Периодически А. Соколов пересылает мне вопросы от посетителей сайта "антропогенез.ру". Мои ответы там публикуются в разделе "
эксперты отвечают". Вот очередной вопрос/ответ.

ВОПРОС.
    Добрый день. У меня вопрос по большей части к уважаемому Александру Маркову касательно теории родственного отбора. Первая часть вопроса: слышал такое, что кошки перестают чувствовать родство со своими котятами, когда те подрастают и, соответственно, перестают их признавать как своих. Это действительно так?
Вторая часть вопроса: если это действительно так, то отражается ли это на альтруистичном поведении кошек по теории родственного отбора? Иными словами вероятность того, что взрослая кошка бросится спасать своих месячных котят равна вероятности того, что взрослая кошка бросится спасать своих годовалых котят?

ОТВЕТ.
    Я не специалист по кошкам, поэтому могу ответить только "в общем виде".

С точки зрения теории родственного отбора, забота самки о маленьких детенышах оказывается эволюционно стабильной по той причине, что без материнской заботы у детенышей будет нулевой или крайне низкий шанс выжить. В неравенстве RB>C (формула Гамильтона) это соответствует высокому значению B, благодаря которому неравенство выполняется, и отбор поддерживает "гены материнской заботы". Величина R в данном случае (мать и детеныш) равна 0,5.
Пока самка кормит детеныша молоком, она, как правило, не может зачать нового детеныша. Это "цена" (C), которую она платит. Но по мере взросления детеныша его шансы выжить без материнского молока и защиты растут. Соответственно, величина B снижается. В какой-то момент (т.е. по достижении детенышем какого-то возраста) величина B снижается настолько, что неравенство перестает выполняться. Соответственно, гены, которые способствуют продолжению материнской заботы по достижении детенышем этого возраста, не будут поддерживаться отбором. Можно ожидать, что самка будет стремиться прекратить кормление детенышей, достигших данного возраста.
Любопытно, что здесь теория родственного отбора предсказывает "конфликт интересов" между матерью и детенышем, потому что при определенном возрасте детеныша возникает ситуация, когда генам матери уже выгодно прекратить кормление, а генам детеныша еще выгодно, чтобы кормление продолжалось. Поэтому иногда самке, действительно, приходится производить "отнятие от груди" насильно, преодолевая сопротивление детеныша.
Например, рассмотрим ситуацию, когда R=0.5, "цена" еще одного месяца кормления для матери C=0,1, "выигрыш" детеныша от еще одного месяца кормления (при данном возрасте детеныша) B=0,15. В этом случае с точки зрения матери неравенство RB>C не выполняется: 0,5*0,15 = 0.075<0.1. Неравенство RB>C не выполняется, а значит, отбор не будет поддерживать материнскую заботу по отношению к детенышу такого возраста.
Но с точки зрения детеныша "альтруизм" заключался бы в том, чтобы добровольно отказаться от материнской поддержки, дабы позволить матери родить новых детенышей. Но для того, чтобы отбор поддержал такой добровольный отказ, опять-таки нужно, чтобы выполнялось неравенство Гамильтона, на этот раз "с точки зрения" детеныша. А с точки зрения детеныша данном случае B = 0,1, С = 0,15, 0,5*0,1=0,05<0,15 - неравенство не выполняется, а значит, отбор не будет поддерживать добровольный отказ детеныша такого возраста от материнской заботы.
При величине платы матери за еще один месяц кормления 0,1 мать будет прекращать кормление при величине выигрыша детеныша от этого месяца кормления менее 0,2, а детеныш будет "хотеть", чтобы его продолжали кормить, до тех пор, пока его выигрыш не станет меньше 0,05.В интервале между этими уровнями (0,05 и 0,2) будет существовать "конфликт эволюционных интересов" между матерью и детенышем.
Понятно, что это идеализированная, упрощенная схема,на которую в реальной жизни накладывается неимоверное количество всяких осложняющих обстоятельств.



Модель эволюции разумных существ (окончание)

13-Dec-16 00:48

Это продолжение. Начало
здесь.

Шаг I L T E
1 1.00 1.00 0.01 1.00
2 1.00 1.00 0.02 1.00
3 1.00 1.00 0.03 1.00
4 1.00 1.00 0.04 1.01
5 1.00 1.00 0.05 1.01
6 1.00 1.00 0.06 1.02
Сначала начинает потихоньку расти T, поскольку изначально заданы самые благоприятные условия для положительного отбора по «генам одаренности». Вслед за T с небольшим отставанием начинает расти E (социальный прогресс).

47 1.00 1.00 0.47 2.90
48 1.00 1.00 0.48 3.04
49 1.00 1.00 0.49 3.18
50 1.00 0.99 0.50 3.34
51 1.00 0.97 0.51 3.50
52 1.00 0.95 0.52 3.68
53 1.00 0.92 0.53 3.86
54 1.00 0.89 0.54 4.05
55 1.00 0.85 0.55 4.24
56 1.00 0.80 0.56 4.44

В какой-то момент, когда E переваливает через первый пороговый уровень (3), начинает снижаться L: появилась собственность, начинается стратификация общества и ухудшение социальных лифтов. Поначалу это не препятствует продолжающемуся росту T и E.

В дальнейшем общество становится весьма несправедливым. Из-за этого слабеет положительный отбор по генам одаренности, и рост T замедляется. Рост E тоже замедляется, но всё же Е успевает перевалить через второй порог, после которого дальнейший рост Е уже способствует росту социальной справедливости. L перестает снижаться и начинает обратно расти.

86 1.00 0.70 0.69 9.77
87 1.00 0.73 0.69 10.24
88 1.00 0.76 0.70 10.76
89 0.99 0.78 0.71 11.33
90 0.98 0.80 0.71 11.95
91 0.96 0.82 0.72 12.64
92 0.94 0.84 0.73 13.39
93 0.91 0.86 0.74 14.22
94 0.88 0.87 0.75 15.12
95 0.84 0.88 0.75 16.10
Е продолжает расти, причем с ускорением! Заработала положительная обратная связь: культурно-социальное развитие подстегивает само себя. L растет – социальное устройство становится все справедливее. T тоже продолжает расти. Ура, все хорошо, мы скоро полетим в космос и заселим галактику!
Но тут жизнь становится настолько хороша (E перевалило за очередной порог – 10) , что начинает снижаться I: люди с высоким социальным статусом начинают «планировать семью», снижая собственную рождаемость, и при этом помогают размножаться бедным и обездоленным, делая их менее бедными и обездоленными. Ведь гуманизм – это неотъемлемая часть и итог социального прогресса, без этого мы не были бы людьми. Это нельзя отменить. И потом, высокое L – это равенство возможностей и, очевидно, равенство прав. Попробуй им не дай пособие-то. Но что же будет дальше?

Дальше вот что. Общество прекрасное, справедливое и свободное (L близко к 1), экономический и культурный рост продолжается с поразительной скоростью, но вот беда: зажравшиеся высокостатусные граждане совсем не хотят размножаться. А ведь из-за того, что общество справедливо, именно у них сосредоточена большая часть «генов одаренности». Первый предвестник беды: величина T, достигнув локального максимума (0,81), начинает снижаться.

142 -0.98 1.00 0.54 388.89
143 -0.98 1.00 0.53 409.87
144 -0.98 1.00 0.52 431.59
145 -0.98 1.00 0.51 454.03
146 -0.99 1.00 0.50 477.20
147 -0.99 1.00 0.49 501.08
148 -0.99 1.00 0.48 525.66
149 -0.99 1.00 0.47 550.94
150 -0.99 1.00 0.46 576.88
151 -0.99 1.00 0.45 603.48
Социальный, научный, культурный, экономический прогресс просто зашкаливает. Все счастливы и богаты (даже самые бедные сейчас богаче, чем элита былых эпох). Полная справедливость. Все таланты реализуются. Но вот беда: поскольку «реализовавшиеся», т.е. достигшие высокого статуса люди размножаются хуже всех, справедливость общественного устройства в этих условиях (при I близком к -1) лишь усиливает отрицательный отбор по генам одаренности. Снижение T становится угрожающим. Этого не замечают и не хотят замечать. Любые разговоры об этом пресекаются как неполиткорректные и чуть ли не фашистские.

Следующий этап: пик прогресса! А вот с «генами одаренности» теперь стало даже хуже, чем в самом начале. И это, наконец, начинает сказываться на обществе: его прогресс замедлился, прекратился и повернул вспять. Это высший расцвет цивилизации, но на самом деле – начало ее краха.

278 -1.00 1.00 -0.82 56.51
279 -1.00 1.00 -0.83 51.89
280 -1.00 1.00 -0.84 47.60
281 -1.00 1.00 -0.85 43.61
282 -1.00 1.00 -0.86 39.91
283 -1.00 1.00 -0.87 36.49
284 -1.00 1.00 -0.88 33.32
285 -1.00 1.00 -0.89 30.40
286 -1.00 1.00 -0.90 27.70
Коллапс и деградация. Но, впрочем, мы еще не в пещерах, хотя и изрядно отупели.

294 -0.39 1.00 -0.96 12.69
295 -0.27 1.00 -0.97 11.47
296 -0.16 1.00 -0.97 10.36
297 -0.05 1.00 -0.97 9.36
298 0.06 1.00 -0.97 8.45
299 0.15 1.00 -0.97 7.63
300 0.24 0.98 -0.97 6.89
301 0.31 0.93 -0.97 6.24
302 0.38 0.85 -0.96 5.68
Пик отупения. Но мы уже обеднели настолько, что элиты снова начали размножаться лучше плебеев. Откуда эта неполиткорректная терминология? Ну так и общество снова перестает быть справедливым: опять появился блат, касты, семейственность (L<1).

332 0.97 0.95 -0.77 0.69
333 0.98 0.96 -0.76 0.64
334 0.98 0.96 -0.75 0.59
335 0.98 0.97 -0.75 0.55
336 0.98 0.97 -0.74 0.51
337 0.98 0.97 -0.73 0.47
338 0.99 0.98 -0.72 0.44
339 0.99 0.98 -0.71 0.41
340 0.99 0.98 -0.70 0.38
341 0.99 0.98 -0.69 0.35
Черт, мы все-таки оказались снова в пещерах! Снова первобытное равенство, жизнь впроголодь, но зато возобновился сильный положительный отбор по «генам одаренности». Всё начинается сначала... Может быть, на этот раз нам повезет? И величина E взлетит настолько, что мы успеем понять, как вырваться из этой ловушки, как вывести из строя механизм включения отрицательного отбора при росте благосостояния и образования, как обеспечить устойчивое развитие цивилизации?



Модель эволюции разумных существ

13-Dec-16 00:30

Я уже пару раз выкладывал в ЖЖ какие-то свои недоработанные идейки, из которых потом что-нибудь путное либо получалось, либо нет. Попробую еще раз. Должен предупредить:
1) Модель еще толком не исследована. Собственно, в таком виде я ее только сегодня запрограммировал, а первую версию сделал вчера. Я понимаю, что всё спорно, что всё на самом деле не так просто, что надо бы учесть еще то и это и пятое и десятое... правда, тогда модель получится громоздкой и неудобопонимаемой, а значит, фактически бесполезной (для меня по крайней мере). В общем, набрасываться с резкой критикой на эту модель и допущения, лежащие в ее основе, конечно, можно, но, как бы это сказать... слишком просто, что ли. Ведь на самом деле всё, как мы знаем, сложнее.
2) Я категорически против идеи о необходимости улучшать человеческую природу варварскими методами, и не надо мне приписывать всякую чушь. Я думаю, надо развивать науку и думать, как справиться с проблемами, не поступаясь принципами гуманизма. Иначе цель, мягко говоря, не оправдает средства.
3) Всякая модель - это игрушка, но хорошая модель - это игрушка познавательная. Мы просто проверяем, "что будет, если".

Модель биосоциальной эволюции общества разумных существ.

В основе модели лежит следующая идея. В генофонде популяции существуют аллели, способствующие развитию у человека тех или иных способностей, которые обычно считаются хорошими и полезными: будь то способности к решению тех или иных задач, к живописи, педагогике или политике. Условно назовем эти аллели «генами одаренности». Иногда такие аллели возникают заново в результате мутаций. Их частоты могут меняться под действием отбора. Дрейфом для простоты пренебрежем. Будем считать, что рост или уменьшение частот этих аллелей определяется отбором. Как работает отбор – будет сказано ниже. Первая переменная в модели:
T (врожденные таланты, «гены одаренности») – частота встречаемости в генофонде «генов одаренности». Задается изначальный уровень (To = 0), а затем в ходе работы модели он может меняться без ограничений, в том числе уходить в минус – это будет просто значить, что частота соответствующих аллелей стала ниже исходной.
Сами по себе врожденные способности еще не гарантируют, что человек добьется успеха в жизни. Тут многое будет зависеть от устройства общества. Если в обществе всё устроено справедливо, если хорошо работают «социальные лифты», если у всех людей - равные возможности реализации своих талантов, то при наличии талантов человек непременно добьется высокого статуса (статус напрямую не моделируется, но подразумевается). Например, человек с врожденными способностями к педагогике станет успешным и уважаемым педагогом, к политике – политиком, к живописи – живописцем. В результате будет сильная положительная корреляция между наличием у человека «генов одаренности» и его социальным статусом. Если же общество несправедливое, жестко стратифицированное, без эффективных социальных лифтов, то связь между статусом и талантами будет слабее – вплоть до полного отсутствия корреляции. Например, ребенок с хорошими математическими способностями не станет математиком, потому что родился в семье бедного сапожника, а бездарный сынок лорда по блату займет вакантное место профессора математики. Итак, вот наша вторая переменная:
L (лифты, «справедливость» общественного устройства). Меняется от 0 (таланты вообще не помогают добиваться высокого статуса) до 1 (талант гарантирует приобретение высокого статуса). Изначальное значение Lо = 1, потому что можно допустить, что в бесклассовом, бедном и простом «первобытном» обществе статус человека зависел в первую очередь от его личных качеств, в том числе – врожденных способностей (к усвоению охотничьих навыков и к изобретению новых, к примирению разругавшихся сородичей, к изготовлению красивых бифасов и т.д.)
Теперь подумаем о том, как статус связан с приспособленностью (эффективностью размножения). Есть данные, указывающие на то, что в наши дни люди с высоким статусом размножаются в среднем хуже, чем люди с низким статусом. Но это не всегда было так: еще лет 300 назад, судя по всему, было наоборот: лучше размножались люди с высоким статусом (богатые крестьяне лучше бедных, успешные сапожники лучше сапожников-неудачников и т.д.). С третьей стороны, в Римской Империи элита тоже очень плохо размножалась, богатые дамы не хотели портить себе фигуру беременностью и родами, предпочитали заводить вместо детей домашних животных. Таким образом, есть основания предполагать, что люди, добившиеся высокого статуса, могут, в зависимости от общественного устройства и традиций, образования, доступности средств контрацепции и т.п. подвергаться либо положительному, либо отрицательному отбору (т.е. размножаться либо лучше, либо хуже людей с низким статусом). И вот наша третья переменная:
I (impact of status on Darwinian fitness): характер зависимости эффективности размножения (дарвиновской приспособленности) от социального статуса. Меняется от -1 (зависимость резко отрицательная) до +1 (зависимость резко положительная).
Самая главная идея предлагаемой модели заключается в том, что динамика изменений T зависит от комбинации значений L и I совершенно определенным, очевидным, но при этом весьма примечательным способом. Если значения L и I большие, то будет сильный положительный отбор по талантам, и T будет расти. Чем ближе величина L к нулю, тем отбор слабее. А при отрицательном I отбор становится отрицательным, причем он тоже наиболее силен при высоком L и слабеет при снижении L (см. рисунок).



Рис. 1. Отбор, которому подвергаются «гены одаренности» при разных значениях I и L.

Все эти долгие объяснения умещаются в одно уравнение:

dT/dt = K1*L*I,

где K1 – константа скорости эволюции, которую можно задавать произвольно в ходе работы с моделью.
Теперь осталось придумать, от чего зависят L и I. Для этого вводится четвертая (и последняя) переменная:
E (level of economical, educational, scientific & technological development of the society). Эта величина отражает уровень развития общества, включая экономику (богатство - что-то вроде ВВП на душу населения, в добытых мамонтах или в условных долларах), культурный багаж (включая способы охоты на мамонта и всю прочую науку и технологии), а также развитость системы образования.
Изначально я хотел отделить экономику от науки-образования и ввел две отдельные переменные. И даже запрограммировал такую модель и посмотрел, как она себя ведет. Однако потом я пришел к выводу, что модель станет проще, а ее поведение не станет менее интересным (но зато станет легче анализируемым), если слить экономическое и культурное развитие в один общий параметр.
Величина E ведет себя так:

dE/dt = K2*T*L*E

Здесь предполагается, что культурно-социально-научно-экономический прогресс общества определяется, во-первых, наличием у людей талантов (T), во-вторых, возможностью эти таланты реализовать (L), в-третьих, уже достигнутым уровнем развития, E (это общепринятая идея: на базе развитой культуры легче создавать новые культурные ценности, чем на базе неразвитой культуры).
Динамика величины L зависит от E. Зависимость «пороговая». Пока величина E мала, L остается равной 1 (нет собственности, нет классов, сохраняется «первобытное равенство»). Затем, начиная с некого порогового значения E, общество стратифицируется, появляется классовое деление, рабство и прочие ужасы, возникают проблемы с социальными лифтами: L снижается, в пределе – до 0. Но если общество станет очень богатым и развитым, то L снова увеличивается, в пределе – до 1 (в богатых высокоразвитых странах начинается движение в сторону «равных возможностей» и улучшается работа социальных лифтов).
По мере роста E величина L в какой-то момент начинает снижаться, а затем, если E продолжает расти, то в конце концов L тоже начинает расти.

Динамика I тоже зависит от E. Исходно высокий статус, как у всех нормальных социальных животных, дает репродуктивное преимущество. Но при каком-то уровне общественного богатства, просвещения и развития медицины люди, добившиеся высокого статуса (или стремящиеся к этому) начинают понимать, что деторождение – весьма обременительное занятие. Они начинают «планировать семью», и их дарвиновская приспособленность катится вниз. При этом богатое общество щедро заботится о людях с низким статусом, подкармливая их, выдавая пособия, обеспечивая медобслуживанием. В результате рождаемость (и выживаемость потомства) у людей с низким статусом становится выше, чем у людей с высоким статусом: I уходит в отрицательную область.
По мере роста Е величина I в какой-то момент начинает снижаться, и если E продолжает рост, то снижается вплоть до минимально допустимого значения -1.




Рис. 2. Блок-схема модели.


Сначала я опробовал модель, в которой не было самоподдерживающегося роста E (общественный прогресс не мог стимулировать сам себя непосредственно). Там еще было 5 переменных: отдельно рассматривались «богатство» и «образование». Такая модель тоже довольно интересна. Она, в зависимости от параметров, либо плавно выходит на стабильное состояние, после чего все переменные остаются неизменными (рост T, естественно, тоже останавливается), либо существует в колебательном режиме, причем колебаться могут либо все переменные вместе, либо все, кроме T (T почти не колеблется, а все остальные колеблются с большой частотой и амплитудой). Характерная особенность: эволюция практически всегда кончалась тем, что I стабилизировалось на близком к нулю уровне, что соответствует отсутствию отбора по «генам одаренности». После этого переставало меняться T, и все остальные показатели тоже стабилизировались (или колебались вокруг неизменного среднего).
Но у этой модели было два недостатка. Во-первых, рост E (которое тогда представляло собой две разные переменные) автоматически останавливался практически сразу после прекращения роста T. Т.е. общественное развитие более или менее тупо следовало за уровнем врожденных талантов и не было никакой «культурной инерции». Это, очевидно, не соответствует действительности. Ясно, что культурное развитие в реальном обществе может долго продолжаться после прекращения биологической эволюции: оно подпитывает само себя. Во-вторых, вследствие этого E никогда не могла достигнуть порога, после которого снова начинается рост L. То есть до торжества справедливости в богатом обществе дело не доходило: ситуация стабилизировалось в том диапазоне значений E, который соответствует отрицательному влиянию E на L, т.е. общество зависало где-то между «первобытным равенством» и «несправедливым классовым обществом с плохими социальными лифтами».

Внимательно посмотрев на всё это, я решительно объединил богатство с образованием в одну переменную E, и ввел в ее уравнение ссылку на саму себя, т.е. самоподдерживающийся рост.
Модель сразу стала вести себя гораздо интереснее и более похоже на то, как (в моем представлении) на самом деле должно эволюционировать общество разумных существ.
Я пока прогнал модель только один раз с неким от фонаря взятым наборром входных параметров. Вот результат:



Кстати, здесь показано только начало: в дальнейшем первые три параметра продолжают более или менее апатично колебаться, а E дает всплески переменной величины и в конце концов все-таки улетает в заоблачную высь. Как бы нам добраться до этого этапа эволюции?
Разберемся, что происходит в модели в самом первом «цикле», до первого краха цивилизации (а вы ведь понимаете, что резкое снижение E почти до исходного уровня – это цивилизационная катастрофа, чудовищный коллапс и возврат в пещеры?)
ПРОДОЛЖЕНИЕ
В СЛЕДУЮЩЕЙ ЗАПИСИ


Пара статей о деградации человечества

10-Dec-16 05:15

Вообще это интересная тема, но подробный пост писать некогда. Я пока просто скину сюда пару ссылок, чтобы не потерялось.

1. Michael A. Woodley of Menie, 2015.
How fragile is our intellect? Estimating losses in general intelligence due to both selection and mutation accumulation
Рассматриваются два механизма снижения "общего интеллекта" (general intelligence, g): 1) накопление вредных мутаций из-за ослабления очищающего отбора, 2) отрицательный отбор по интеллекту: после промышленной революции репродуктивный успех стал отрицательно коррелировать с g. Автор дает обзор имеющихся данных и приходит к выводу, что оба механизма вполне себе работают, и в целом по планете интеллект людей снижается. (точнее, его генетически обусловленная часть, за счет социально-культурных процессов это пока с лихвой компенсируется, см. эффект Флинна)

2. Richard Lynn, 2010. New evidence for dysgenic fertility for intelligence in the United States
Отрицательная корреляция между интеллектом (у американцев старше 40 лет) и числом детей и числом братьев-сестер. Достоверна только для женщин. (да, я знаю, что у автора неоднозначная репутация, но по данной теме у него нормальные работы, о которых, в частности, положительно отзывался глубоко уважаемый мной W. Hamilton)

3. Vegard Skirbekk, 2008. Fertility trends by social status
     Есть скачиваемая таблица с данными
     Показано, что до XIX века в большинстве стран у людей с высоким статусом (социальным и экономическим) плодовитость была выше, чем у людей с низким статусом. В дальнейшем, однако, эта тенденция сменилась на противоположную и сейчас в большинстве стран больше потомства производят люди с низким статусом. Любопытно, что эта закономерность сильнее выражена в Азии, Африке и Латинской Америке, чем в Европе и Северной Америке. Что касается уровня образования, то данные по нему есть только для XX века, и по этим данным получается, что люди с высоким уровнем образования оставляют достоверно меньше потомства, чем люди с низким уровнем образования.




4. Jonathan P. Beauchamp, 2016. Genetic evidence for natural selection in humans in the contemporary United States
Отрицательный отбор по признаку "число лет, потраченных на учебу" (educational attainment) в США. Этот признак имеет высокую наследуемость (порядка 0,2 - 0,7) и, по-видимому, тесно связан с интеллектом, подробнее см. на Элементах: Уровень полученного образования отчасти зависит от генов

Это, судя по всему, новая эволюционная тенденция, до XIX века такого не было. Ее возможные причины подробно обсуждаются в этих статьях. Важно понимать, что генофонд современного человечества формировался в иных условиях, под действием других факторов отбора. На этом фоне вряд ли можно ожидать, что последствия происходящих в некоторых популяциях эпизодов резко усиленного отбора в ту же сторону (например, "утечка мозгов" или массовые репрессии, направленные против лиц с высоким социальным, экономическим или образовательным статусом) будут по завершении такого эпизода благополучно скомпенсированы и признак постепенно вернется к прежнему среднему, как это порой происходит в популяциях других животных после однократного сильного отбора по количественному признаку.

UPDATE. Никогда не угадаешь, как ваши слова истолкуют. Получил в комментах втык:

"я внимательно прочитала Ваш пост и карательной евгеникой первой половины 20го века от него смердит. Выводы про кастрацию напрашиваются сами собой."

Мой ответ, во избежание впредь подобного недопонимания и ложных идентификаций:

Вы из института истории науки, понял. Евгеника, кастрация - это же каменный век. Мне кажется, из всего этого следует совсем другое: что надо быстрее развивать биологию, чтобы разобраться как можно лучше и подробнее в том, как генетеческие и средовые факторы совместными усилиями формируют фенотип, и разрабатывать методы коррекции нарушений - от воспитательных до генноинженерных. Чтобы Хокинги оставались при своих талантах, но не страдали бы параличом. И чтобы дети Хокингов не наследовали склонности к болезням, а наследовали бы всё хорошее. Как-то так. А возвращение к естественному отбору или таким уродливым вещам, как "карательная евгеника", это, на мой взгляд, совершенно недопустимо. Тогда уж лучше пусть всё идет как идет. Впрочем, тогда мы как раз к естественному отбору и вернемся. Это будет крайне неприятно, но всё же лучше, чем карательная евгеника.


Муравьи прихорашиваются перед зеркалом

02-Dec-16 18:16

Мы тут недавно
обсуждали собачью память и всякие зеркальные нейроны. И вот еще одна новость, совсем уж сенсационная:

Муравьи способны узнавать себя в зеркале

Бельгийские энтомологи показали, что рыжие муравьи из рода Myrmica могут идентифицировать себя с собственным отражением в зеркале. Ранее считалось, что такой способностью обладают только некоторые виды млекопитающих и птиц. Перед зеркалом муравьи приводят себя в порядок или совершают необычные движения головой и антеннами, чего не наблюдается, когда они видят за стеклом сородичей. Это поведение говорит о том, что у муравьев могут наличествовать зачатки самосознания.

Читать полностью

Правда, это сногсшибательное открытие опубликовано почему-то далеко не в самом крутом журнале.
Надо бы попробовать воспроизвести. У нас на кафедре есть мирмекологи и в принципе есть возможность работать с муравьями.



Собака помнит

28-Nov-16 12:37

У собак есть эпизодическая память


Собака, обученная команде «сделай так!», имитирует действие хозяина.

Считается, что эпизодическая память (способность вспоминать события собственной жизни) тесно связана с самосознанием и умением понимать других. Вопрос о наличии эпизодической памяти у животных остается спорным. Венгерские этологи в остроумном эксперименте показали, что собаки помнят действия человека, за которым наблюдали, и могут сымитировать их спустя час, даже если заранее не знают, что возникнет необходимость в такой имитации. Результаты согласуются с предположением о наличии у собак «памяти, похожей на эпизодическую».

Читать полностью

См. также потрясающую статью про то, как ребенка-микроцефала, совершенно безнадежного, решили воспитать как собаку и что из этого вышло - вместо жалкого, несчастного и бессмысленного уродца получилось полноценное, счастливое и по-своему вполне развитое существо:   Кинолог для особого ребенка
Правдива ли эта история? Не знаю. Она правдоподобна с т.зр. нейробиологии: вполне вероятно, что для некоторых случаев микроцефалии, связанных с уменьшением объема коры, при сохранении всего остального, такой подход будет эффективен. Научными методами здесь ничего нельзя сделать, т.к. ни общественность, ни всевозможные комиссии по этике ни за что не позволят так обращаться с типа человеком.