Проблемы Эволюции

Проблемы Эволюции

Рекламные ссылки

 

О гениальных озарениях и их суровой критике (Оно и Кларк)

16-Feb-17 18:32

В 1970 г. Сусуму Оно (Susumu Ohno) опубликовал книгу "Evolution by gene duplication", в которой подробно изложил идею о том, что генные дупликации (в т.ч. полногеномные дупликации, т.е. полиплоидизация) должны играть огромную роль в эволюции, потому что дуплицированный ген на какое-то время получает небывалую эволюционную свободу. Эта идея к настоящему времени убедительно подтверждена, работа Оно считается классикой. Появился даже термин "онологи", которым обозначают паралоги, появившиеся в результате полногеномной дупликации (в отличие от паралогов, появившихся в результате дупликации отдельного кусочка хромосомы). Подборку современных работ по теме см.
тут (подборка ссылок - в конце статьи).
Но, оказывается, современники восприняли работу Оно совсем не так восторженно. Я случайно наткнулся на разгромную рецензию крупного генетика Брайана Кларка (Bryan Clarke), которую на одном сайте по ошибке опубликовали вместо резюме самой книги Оно. Англ. текст можно найти в сети, если очень захотеть, а здесь привожу перевод. Удивительный и поучительный документ, показывающий, до какой степени новые правильные, даже гениальные идеи могут не вписываться в привычные рамки и потому отторгаться даже лучшими представителями научного сообщества. 

"Нынешний вал информации о белковых последовательностях стимулировал эксгумацию давно умерших эволюционных теорий, которым следовало бы оставаться достойно похороненными. Недавно я слышал, к моему изумлению, как профессор молекулярной биологии защищает теорию ортогенеза. Книга доктора Оно продолжает этот тренд. Он выступает в поддержку идеи, доминировавшей в начале столетия, о том что естественный отбор действует просто как сито, отсеивающее вредные вариации, и что за крупные эволюционные изменения отвечают другие факторы. Он утверждает, что важнейшим из этих факторов является освобождение полипептидов от ограничений, накладываемых естественным отбором, в результате генных дупликаций. После этого последовательности якобы получают возможность случайным образом варьировать, и в итоге случайно приходят к конфигурации, выгодной для организма. К сожалению, Оно не обсуждает проблему, состоящую в том, что новые полезные конфигурации должны быть крайне редкими, не упоминает он и о колоссальных преимуществах Дарвиновской теории в деле объяснения происхождения маловероятных адаптаций. На основе того, что большинство аминокислотных замен в ходе эволюции белков в природе были консервативными, он заключает, что естественный отбор не может изменить базовые свойства гена. Этот логический прыжок от наблюдения к выводу настолько же удивителен, насколько и ненужен. Преобладание стабилизирующего отбора и так уже давно осознано в рамках общепринятой эволюционной теории. Автору неортодоксальной идеи иногда можно простить преувеличения, вызванные излишним энтузиазмом, но Оно совершает непростительный грех, состоящий в систематической неспособности отделить теорию от факта. Его текст полон категорических утверждений, достоверность которых сомнительна: "новый вид всегда начинается с очень маленькой популяции", "соматическая дифференциация контролируется в первую очередь уровнем транскрипции", "сходство размеров генома у разных млекопитающих указывает на то, что все млекопитающие имеют по существу один и тот же геном", и т.д. Открытия молекулярной биологии действительно дают нам новые сведения об эволюционном процессе, но эти новые сведения не подтверждают аргументов Оно. Его вера в то, что "чем больше избыточности, тем больше возможностей для прогресса" найдет не больше поддержки у специалистов по эволюции, чем экономический аналог этого утверждения - у людей, получающих пособие по безработице".

Забавно, что все три "сомнительных утверждения" Оно, приведенных в качестве примера Кларком, на сегодняшний день представляются хорошо обоснованными и вполне правильными в первом приближении (но, конечно, не абсолютно и безусловно правильными всегда и везде).

Можно здесь задуматься как о вреде (или пользе?) категоричности и увлечения "опровергательством" со стороны авторов неортодоксальных теорий, так и о вреде (или пользе?) непримиримого критиканства со стороны коллег, привыкших думать по-другому. This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/224768.html. Please comment there using OpenID.

Бессмысленное усложнение

13-Feb-17 13:17

Постепенно набираются данные, указывающие на широкую распространенность такого механизма усложнения биологических систем. 
Случайная дупликация - временное повышение помехоустойчивости за счет дублирования - комплементарная частичная деградация копий того, что удвоилось - подгонка их друг к другу - в итоге старую функцию, с которой ранее отлично справлялось что-то одно, теперь с тем же успехом выполняют двое вместе, и один без другого никуда. Усложнение налицо, толку - ноль. Если, конечно, не учитывать отдаленные перспективы.

Эволюционные последствия генных дупликаций удалось оценить количественно

Дупликация генов с последующим разделением функций между копиями — один из главных способов появления новых признаков. Ранее на отдельных примерах было показано, что эволюционная судьба паралогов (копий удвоившегося гена) может складываться по-разному, но не хватало количественных оценок вероятности различных эволюционных сценариев. Канадские генетики изучили влияние 56 генных дупликаций, произошедших у предков пекарских дрожжей, на систему взаимодействий между белками в клетке. Оказалось, что в 22 случаях дупликация повысила помехоустойчивость системы. Это проявляется в том, что при потере или поломке одного из паралогов его функции частично или полностью берет на себя сохранившийся паралог. Однако в 19 других случаях утрата одного паралога не только не компенсируется, но и нарушает работу второго, сохранившегося паралога. Таким образом, исследование показало, что копии удвоившегося гена часто становятся взаимозависимыми, после чего одна из них уже не может нормально работать без второй. В результате система не только усложняется, но и становится более хрупкой. Подобные эволюционные процессы могут происходить даже в том случае, если организм не получает от них никакого выигрыша.

Читать полностью




Здесь изображен метод, посредством которого удалось понять, как генные дупликации влияют на систему белок-белковых взаимодействий (делают ли они ее более устойчивой или, наоборот, более хрупкой). Ничего не понятно? Да, методика и впрямь замысловатая. Читайте статью, я там постарался все объяснить, как мог.

This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/224672.html. Please comment there using OpenID.

Анатомия РЕН-ТВ. Территория мракобесия.

10-Feb-17 11:59

Замечательный фильм о том, как Александр Соколов ходил на РЕН-ТВ.
Александр, конечно, молодец! Хороший получился рассказ про то, как работает телевидение.

Что дальше? Дальше, с вероятностью 95%, не будет ничего: начальство телеканала не заметит этого ролика, канал спокойно продолжит свою деструктивную работу в прежнем режиме. С вероятностью 5% начальству доложат о ролике, начальство рассердится, и девушка получит втык за допущенные ошибки. Зачем позвала не того эксперта? Зачем сказала самообличительные фразы "мы здесь не несем свет науки" и "просто сейчас надо, чтобы так было сказано"? А главное, зачем позволила снимать процесс съемки на видео? Девушку пожурят. И даже, может быть, распространят дополнение к инструкциям для авторов передач: съемка процесса съемки посторонними лицами, включая гостей той или иной передачи, не допускается.

Но Соколов молодец, что нашел слабое место в обороне "сил тьмы" и успел им воспользоваться. Обороняться-то им сейчас почти не от кого, поэтому они немного расслабились. Меня восхищают и очень удивляют люди, которые еще пытаются тут что-то исправить.




This entry was originally posted at
http://macroevolution.dreamwidth.org/224506.html. Please comment there using OpenID.

Зачем нужен сон

06-Feb-17 14:35

Две новые статьи в Science
подтверждают гипотезу синаптического гомеостаза.

Мне эта идея и раньше казалась самой правдоподобной, а теперь она выглядит прямо-таки доказанной, на мой взгляд.

"По сути дела, гипотеза синаптического гомеостаза предполагает, что потребность во сне — это следствие неустранимого конструктивного дефекта нервной системы животных! Нервная система не может долго обрабатывать входящую информацию, не «перегреваясь», потому что усвоение новой информации идет в основном за счет потенциации (усиления) имеющихся синапсов и появления новых, а не их депрессии (ослабления) или уничтожения."

Читать
This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/223375.html. Please comment there using OpenID.

Протеасомы и мейоз

27-Jan-17 13:30

Вряд ли это многим будет интересно, в данном случае я просто использую блог как записную книжку.
Сразу две статьи в сегодняшнем выпуске Science посвящены обнаружению довольно-таки неожиданной связи между системой убиквитин-зависимой деградации белков и спариванием гомологичных хромосом в профазе I мейоза. Похоже, роль протеасом в мейозе - штука достаточно древняя.

1)
Control of meiotic pairing and recombination by chromosomally tethered 26S proteasome
2) A SUMO-ubiquitin relay recruits proteasomes to chromosome axes to regulate meiotic recombination
(я пока прочел только abstract-ы, на полные тексты не было времени)

Это интересно в контексте происхождения эукариот, потому что:

1) У асгардархей имеются многие компоненты системы убиквитин-зависимой деградации белков;
2) Наша гипотеза о происхождении полового размножения предполагает, что уже на очень ранних этапах эукариогенеза должно было происходить совершенствование систем обмена гомологичными участками между гомологичными хромосомами.

Отсюда вопрос: не может ли такого быть, что уже у асгардархей убиквитиновая система участвует в гомологичной рекомбинации? А вдруг это одна из древнейших или даже самая древняя функция данной системы? This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/222598.html. Please comment there using OpenID.

Гены, способствующие образованию, уму, здоровью и долголетию, отсеиваются отбором

24-Jan-17 22:05

Вот так, друзья. После двух статей в PNAS (одна по 20000 американцев, другая по 110000 исландцев) от этого уже нельзя просто так отмахиваться (хотя многие наверняка именно этим и займутся). Читайте, в новости всё написано.

Краткое резюме:
В современных человеческих популяциях уровень полученного образования обладает высокой наследуемостью, то есть сильно зависит от генов. Выявлены десятки аллелей, влияющих на этот признак. При этом образование, как правило, отрицательно коррелирует с дарвиновской приспособленностью: образованные люди хуже размножаются. Это указывает на возможный отбор против «генов образования». Новое исследование, основанное на данных по 110 000 исландцев, родившихся между 1910 и 1975 годами, показало, что «гены образования» действительно подвергаются отрицательному отбору. Эти аллели, многие из которых коррелируют также с повышенным интеллектом, крепким здоровьем и долгой жизнью, снижают приспособленность независимо от того, реализовал ли человек обусловленную ими склонность к получению хорошего образования. Исследование подтвердило опасения о том, что эволюция современного человечества направлена в сторону ухудшения генетического базиса признаков, связанных с интеллектом. Социально-культурное развитие пока с лихвой компенсирует генетическую деградацию, но со временем ее последствия могут стать существенными.

Читать полностью
(оно того стоит)

This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/222345.html. Please comment there using OpenID.

Семинар "Вопросы эволюции" №44

21-Jan-17 19:45

СЕМИНАР «ВОПРОСЫ ЭВОЛЮЦИИ»
Заседание № 44

Адаптация к неблагоприятной среде способствует эволюции ускоренного старения: эксперимент на дрозофилах отчасти подтверждает классическую теорию

Марков Александр Владимирович (Биологический факультет МГУ, кафедра биологической эволюции, Палеонтологический институт РАН),
Наймарк Елена Борисовна (Палеонтологический институт РАН),
Яковлева Екатерина Юрьевна (Экономический факультет МГУ).

«Классическая эволюционная теория старения» основана на идеях Питера Медавара и Джорджа Уильямса о снижении эффективности отбора с возрастом особей и об антагонистической плейотропии аллелей, повышающих приспособленность в молодости ценой ее снижения в старшем возрасте. Теория предсказывает, что повышение экзогенной смертности должно способствовать эволюции ускоренного старения и сдвигу репродукции на ранний возраст. Опыты по искусственному отбору, поставленные для проверки этих предсказаний, дали неоднозначные результаты. В ходе эволюционного эксперимента на дрозофилах мы обнаружили, что адаптация мух к обедненной кормовой среде привела к наследуемым изменениям параметров жизненного цикла, которые в основном совпадают с предсказаниями теории, но отличаются в деталях. Эволюционные изменения, зафиксированные в нашем эксперименте, совпадают по своей направленности с модификационной изменчивостью «наивных» мух при переходе на неблагоприятный кормовой субстрат. Полученные результаты дают пищу для размышлений не только об эволюции жизненного цикла, но и о механизмах генетической ассимиляции модификационных изменений.

Доклад состоится в пятницу, 27 января, в 18:00 по адресу:
Москва, Ленинский пр-т 33, большой конференц-зал на первом этаже
Вход свободный. Видеотрансляция и видеозапись не предусмотрены.

This entry was originally posted at
http://macroevolution.dreamwidth.org/221742.html. Please comment there using OpenID.

О феромонах млекопитающих - на память

18-Jan-17 15:06

Решил вынести сюда часть феромонного холивара, затеянного Сергеем Белковым (часть, которая с моим участием). Я, пожалуй, воздержусь от дальнейшего продолжения дискуссии, т.к. по-моему всё уже сказано. Пусть будет на память, а то там в миллионах комментов затеряется.
Вот его
пост. Один из целой серии на эту тему. Сергею почему-то показалось необходимым доказать, следуя задорной и полемической книге Ричарда Доти, что у млекопитающих феромонов нет и быть не может (вопреки существованию множества современных статей, экспериментальных и обзорных, о феромонах млекопитающих - все они объявляются ошибочными. Ошибочными в том смысле, что называют феромонами то, что феромонами не является). Более того, возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что он даже обвиняет в распространении лженауки тех, кто не соглашается с ним и с Доти. Там в дискуссиях много всякого, в т.ч. неприятного, например, повылезавшие из щелей хейтеры упоминаемых и участвующих персонажей, злорадствующие, что объект их ненависти наконец "прищучили". Но есть и содержательная часть.

Итак, фрагменты обсуждения.

macroevolution:

А мышиный половой феромон ESP1 вы опровергли уже? Я мог что-то пропустить. Ссылку я давал в фейсбуке, а сейчас снова наткнулся на нее в той статье, из которой вы процитировали определение феромонов.

(The Journal of Biological Chemistry: Yoshinaga, S.; et al. Structure of the mouse sex peptide pheromone ESP1 reveals a molecular basis for specific binding to the class C G-protein-coupled vomeronasal receptor. J. Biol. Chem.2013, 288, 16064–72. )

"Touhara’s chemosensory signaling lab managed to lay out the full picture for one mouse pheromone—exocrine gland-secreting peptide 1 (ESP1). They found that secretions from male mice from a minor tear gland called the extraorbital lacrimal gland, located under the ear, triggered VNO activity in females. “It was really an accident”, Touhara says. The gland was so understudied that they could barely find mention of it in the literature. And yet, it makes sense as a source of pheromones, he explains. Watch a mouse or a cat grooming and you’ll see it rubbing around its ears with its paw; that motion could facilitate the spread of secretions onto the animal’s fur. The researchers isolated the molecule in 2005, but it took five more years to determine its role in enhancing females’ sexual receptivity and to identify the receptor."

allchymist:

Ок, читаем прямо абстракт:

- "Exocrine gland-secreting peptide 1 (ESP1) is a sex pheromone that is released in male mouse tear fluids and enhances female sexual receptive behavior."
- "The specific sensing mechanism of the mammalian peptide pheromone by the class C GPCR remains to be elucidated. "

Я считаю, что уже здесь все должно быть понятно. Что люди нашли какой-то белок, который постулировали (?!!) феромоном, он взаимодейтсвует с одним из рецепторов (это не удивительно в силу того что любой рецептор может с чем либо взаимодействовать) и начали устанавливать его структуру. Что безусловно клево, но не очень понятно, какое это имеет отношения к феромонам. Доказательство феромонности - это не рецепторы, а изменения в поведении же, причем не каждое изменение. А в данном контексте и глутамат натрия - феромон.

Я, кстати, уже несколько раз явно и неявно и даже лично вам пытался донести, что для неводных организмов называть феромоном пептид - это как бы не очень хорошо, ибо пептиды нелетучи. Да и про то, что на каждый рецептор найдется способное связываться с ним вещество тоже указывал.

macroevolution:

"люди нашли какой-то белок, который постулировали (?!!) феромоном"
Нет, не постулировали. В данной статье 2013 года люди уверенно говорят об этом белке как о феромоне, потому что ранее были опубликованы другие статьи, в которых было показано его действие. Так, есть статья 2010 года "The male mouse pheromone ESP1 enhances female sexual receptive behaviour through a specific vomeronasal receptor", в которой показано следующее:

1) ESP1 распознается специфическим вомероназальным рецептором, V2Rp5.
2) Сигнал от рецептора поступает у самок в гипоталамус и амигдалу через дополнительную обонятельную луковицу.
3) Это стимулирует рецептивное половое поведение самки (лордоз), что способствует успешной копуляции.
4) У самок с неработающим рецептором V2Rp5 (V2Rp5-deficient mice) ESP1 не вызывает ни описанной выше нейронной активации, ни описанного выше полового поведения.

Я считаю, что уже здесь все должно быть понятно. Авторы делают абсолютно законный вывод: "These findings show that ESP1 is a crucial male pheromone that regulates female reproductive behaviour through a specific receptor in the mouse vomeronasal system."

"взаимодействует с одним из рецепторов (это не удивительно в силу того что любой рецептор может с чем либо взаимодействовать)" - да, но это не значит, что на любой пептид найдется специфический рецептор в ВНО, или что любой рецептор ВНО обязательно будет реагировать на какой-то секретируемый пептид. А в данном случае речь идет о специфическом рецепторе именно для этого пептида.

Я, кстати, уже несколько раз явно и неявно и даже лично вам пытался донести, что для неводных организмов называть феромоном пептид - это как бы не очень хорошо, ибо пептиды нелетучи.
Совершенно верно. А я лично вам пытался намекнуть, что, поскольку наличие у мышей специализированных вомероназальных рецепторов, заточенных именно на те или иные вполне определенные пептиды (например, пептиды MHC, формил-пептиды, вот этот ESP1), является установленным фактом, то этот ваш аргумент отправляется на помойку. Летучие - не летучие, а как-то попадают в нос (и в общем понятно как - при контактах, при обнюхивании шерсти, с пылью). Иначе не было бы специализированных рецепторов для пептидов в носу. Но вы повторяете аргумент про "писанье в нос" после того, как были даны ссылки на статьи, показывающие существование специализированных рецепторов для пептидов в носу.

allchymist:


"А я лично вам пытался намекнуть, что, поскольку наличие у мышей специализированных вомероназальных рецепторов, заточенных именно на те или иные вполне определенные пептиды (например, пептиды MHC, формил-пептиды, вот этот ESP1), является установленным фактом, то этот ваш аргумент отправляется на помойку."

А мысль о том (озвученная мной ранее неоднократно). что лигандов к каждому рецептору может быть бесконечное количество, и что любое вещество строго говоря может быть лигандом к любому рпецетору (и именно на этом построено все обоняние в принципе) вам не приходила в голову. Что эволюционное здесь - именно широкий, но не лимитированный набор потенциальных лигандов.

И это простое размышление не только соответствует научному знанию, но и отправляет на помойку ваши размышления о том, что "Иначе не было бы специализированных рецепторов для пептидов в носу". Потому что они есть и их лично у вас почти 4 сотни разновидностей. И каждый из которых сигналит напрямую в мозг.

macroevolution:

Но все же у обонятельных рецепторов есть избирательность: не все реагируют на все. Есть очень узко специализированные. В том числе таковыми являются вомероназальные рецепторы семейства V2R, а также вомероназальные рецепторы формил-пептидов. У человека, кстати, работающих рецепторов V2R, по-видимому, нет. Это еще одно замечание к Вашей лекции: вы там показываете таблицу по обонятельным рецепторам, из которой получается, что у обезьян не такое уж плохое обоняние. А вот по вомероназальным получается четко: у высших приматов по сравнению с грызунами от богатого репертуара вомероназальных рецепторов остались жалкие крохи.
Есть теория, объясняющая, каким образом у тетрапод возникла специализированная часть обонятельной системы, заточенная именно на восприятие водорастворимых, но при этом не обязательно летучих веществ. Это произошло в процессе выхода рыб на сушу. Основная часть обонятельного эпителия переквалифицировалась на воздушное обоняние, летучие вещества. А меньшая часть сохранила свою "водную" специфику - это как раз та часть вомероназального эпителия, где экспрессируются рецепторы V2R.

allchymist:

Отлично. У обонятельных рецепторов есть избирательность, но это не феромоны. А у рецепторов в ВНО, которые такие же, есть избирательность, но это феромоны.

Двоемыслие вижу я зжесь.

Про обоняние - в этом была моя мысль и претензия к Тимоновой. Нельзя измерять качество обоняния количеством рецепторов. Это все равно что измерять эффективность труда количеством рабов на душу населения.

(конец треда)
Боковой тред:


macroevolution:

И вы почему-то ответили только на второстепенную часть моего сообщения, про летучие-нелетучие.
А на главную не ответили, вот на эту:
1) ESP1 распознается специфическим вомероназальным рецептором, V2Rp5.
2) Сигнал от рецептора поступает у самок в гипоталамус и амигдалу через дополнительную обонятельную луковицу.
3) Это стимулирует рецептивное половое поведение самки (лордоз), что способствует успешной копуляции.
4) У самок с неработающим рецептором V2Rp5 (V2Rp5-deficient mice) ESP1 не вызывает ни описанной выше нейронной активации, ни описанного выше полового поведения.

По-вашему, этих фактов недостаточно, чтобы признать, что ESP1 - феромон?
Или факты ошибочны?
Я не видел опровержений этих фактов. Вы уверены априори, что они ошибочны? Или их недостаточно?

allchymist:

Я же ответил. Но повторюсь

1. Ошибка техасского снайпера.
2. Строго говоря, все сигналы от любых рецепторов попадают в мозг, причем разными путями. Но неважно, ибо феромон - это не "как идет" а "что вызывает".
3. Сколько это в %, насколько специфично и насколько это является результатом опыта. Это главный вопрос, где кроется ответ.
4. Я правильно понимаю, что эти самки не способны на половую жизнь? А может они просто лишены возмоности реагировать на один из множества стимулов? Потому что лишены рецептора, который может воспринимать запах, и, как следствие не могут воспринимать этот запах? Ок, я могу таким же образом нокаутировать мышь по любому обонятельному гену и сказать, что она теперь не может нюхать определенные вещества. Можно вообще просто выколоть глаза, а потом сказать - смотрите, они не видят, это визиомоны!!!

Тут не дело в том, что факты ошибочны. Дело в том, что из них ничего не следуюет, Это достаточно базовая логика.

(конец треда)
Боковой тред:


drumyantsev:

А с аргументами из статьи Сергея Белкова про эффекта Брюса Вы согласны?
http://allchymist.livejournal.com/1830.html

macroevolution:

Спор же идет об определениях, и поэтому ваш вопрос можно переформулировать примерно так: сохранит ли понятие "феромон" осмысленность и полезность, если определить его так, чтобы под это определение не попадали пептиды MHC, вызывающие эффект Брюс? (это женщина, поэтому не Брюса).
Это не очень простой вопрос. Я считаю, что если строго придерживаться того критерия, что феромоном можно называть только вещество, вызывающее абсолютно безусловную реакцию, никак не опосредуемую и не модифицируемую опытом, обучением, условиями развития - абсолютно ничем, кроме генов - то термин "феромон" теряет всякий практический смысл и становится не приложим не только к феромонам млекопитающих, но и к большинству феромонов насекомых.

Например, у муравьев и других общественных насекомых есть "королевские феромоны" - вещества, выделяемые размножающимися самками, которые модулируют поведение рабочих (см.: https://en.wikipedia.org/wiki/List_of_honey_bee_pheromones#Queen_mandibular_pheromone ). Так вот, влияние этих феромонов на поведение - не строго врожденное. Оно зависит от кастовой принадлежности, а кастовая принадлежность у самок общественных перепончатокрылых определяется не генами, а условиями развития - "воспитанием". Стало быть, по Белкову, королевские феромоны - не феромоны.

С другой стороны, пептиды MHC опосредуют индивидуальное распознавание, их набор уникален для каждой особи и реакция на них (в случае эффекта Брюс) тоже индивидуальна и зависит от личного опыта, а королевские феромоны действуют схожим образом на большие группы особей (в предельном случае - на всех рабочих в семье, хотя в действительности это не так: рабочие разных профессий будут реагировать по-разному) и поэтому в принципе, наверное, можно извернуться и дать такое определение феромона, чтобы королевские феромоны пчел и муравьев туда попадали, а пептиды MHC в случае эффекта Брюс - нет. Но это будет непростая лингвистическая задача.

allchymist:

Обязательно искажать мои утверждения, для того чтобы доказать свои?

Тут нет никакой лингвистической задачи и дихтомии, которую вы мне приписывали. Но феромоны не обеспечивают инивидуальное распознавание, даже в страшном сне ни в каком определении.

macroevolution:

Разве я что-то исказил?
Вот диалог из Вашего блога:
- А запах течной суки не действует разве на кобелей как ферромон?
- Действует, да. Как феромон, но не как феромон... Это очень короткая история. С одной стороны, этот запах, и даже установлена конкретная молекула, привлекает самцов. Но привлекает самцов не только запах, но и поведение, то есть реакция как минимум комплексная, и одного запаха недостаточно. И, судя по всему, на кобелей, не имевших контакта с сучкой, этот запах не действует. То есть для того, чтобы он действовал все равно необходимо определенное предварительное знакомство и с запахом, и с процессом спаривания, о врожденности говорить пока не приходится.


Применяем эти критерии к королевским феромонам перепончатокрылых. "Привлекает нет только запах, но и поведение, реакция комплексная" - да, царицы издают не только запахи, но и, например, специфические звуки, на которые реагируют рабочие: реакция комплексная.
"на кобелей, не имевших контакта с сучкой, этот запах не действует." - у муравьев, ставших репродуктивными крылатыми самками (чему способствует как раз отсутствие воздействия королевских феромонов - "незнакомство"), королевские феромоны не вызывают тех поведенческих реакций, которые они вызывают у рабочих.

Можно продолжить. Возьмем хорошо изученный мужской половой феромон дрозофилы - cVA. Один из его эффектов состоит в том, что самка, уже спарившаяся с кем-то и поэтому пахнущая этим мужским феромоном, становится менее привлекательной для самцов. Так вот, этот эффект тоже не врожденный: он зависит от обучения, от сексуального опыта самца. "Молодые самцы поначалу ухаживают за всеми самками без разбора, но вскоре начинают предпочитать девственниц, убедившись на опыте, что с ними легче поладить. Австрийские биологи частично расшифровали механизм такого обучения. Оказалось, что неудачные ухаживания повышают чувствительность самцов к мужскому феромону cVA, которым пахнут самки, уже спарившиеся с кем-то. Для успешного обучения необходима работа особой группы дофаминовых нейронов, посылающих сигналы в грибовидное тело — отдел мозга, ответственный за принятие решений." (подробнее: http://elementy.ru/novosti_nauki/431890 ). Чем в таком случае половой феромон дрозофилы лучше полового феромона собак? Всё то же самое. И Вы должны признать, что cVA в таком случае - тоже не феромон. Да и к тому же многие кутикулярные углеводороды насекомых, выполняющие функции феромонов, слабо летучи или вообще нелетучи - это контактные феромоны, воспринимаются при ощупывании-облизывании потенциального партнера. Так что насекомщики тоже, знаете ли, распустились: называют феромонами все что ни попадя.

allchymist:

Александр, ну честно, я не ожидал от вас такой демагогии.

Во-первых я даже в той же лекции говорил, что концепция феромонов имеет свои сложности даже в трактовке поведения насекомых, и существуют определенные методологические сложности по ее изучению. Но там она появилась и там имеет право быть. В случае млекопитающих - ее даже применить не к чему.

(конец треда)
Боковой тред:

macroevolution:


Что касается пептидов MHC, то мне мое чувство прекрасного тоже подсказывало, что называть их феромонами не совсем хорошо. Я сам их никогда так не называл в научных статьях и лекциях. Это очень интересные молекулы, компоненты иммунной системы, которые по совместительству используются позвоночными для химической коммуникации. Называть их просто феромонами - как-то принижает их достоинство. Однако, посмотрев сейчас литературу, я заметил, что многие все же называют их феромонами в данном контексте (можно предположить, почему их стали называть феромонами, но это не столь важно). И теперь я готов пересмотреть свое отношение, потому что считаю, что в биологии определенческий догматизм не очень полезен. Смысл терминов плывет со временем, хотим мы этого или нет, и "правильное" словоупотребление - это принятое словоупотребление. По-моему, так.

(конец треда)



Update. Интересная инфа от superhimik: "... Меня неприятно удивляет тот факт, что участники срача, в особенности химики, не посмотрят на определение, которое даёт феромонам наш главный законодательный орган – IUPAC, и пытаются обвинять во всех смертных грехах стрелочников. Узрите уже и не позорьтесь: https://goldbook.iupac.org/P04544.html "


This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/221340.html. Please comment there using OpenID.

Франс де Вааль об излишнем скептицизме в науке

17-Jan-17 19:44

Начал читать замечательную новую книгу Франса де Вааля (хотя произносится он "де Валь", как утверждает З.А.Зорина, лично с ним знакомая)  "Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных". Научным редактором перевода была Е.Б.Наймарк, так что, в отличие от некоторых других недавно изданных переводных книжек, читать это вполне можно. В самом начале книги - занятные рассуждения о скептицизме, которые приведены ниже под катом, но сначала я хотел бы пару слов от себя. Да, критическое отношение ко всем идеям, теориям и результатам экспериментов, повторяемость, многократные перепроверки, всё вот это вот - суть основы научного метода. Но чувство меры необходимо и здесь тоже! 

Есть целый ряд примеров, когда чрезмерный скептицизм вредил развитию науки, тормозил его (или пытался затормозить). Можно долго спорить о каждом конкретном случае, доказывая, что всё это в конечно счете было "на пользу". На пользу ли? Скажем, есть мнение, что первое издание "Происхождения видов" Дарвина было самым лучшим, а в последующих изданиях Дарвин под напором критики современников (уровень которой на самом деле был гораздо ниже уровня критикуемой книги) внес множество изменений и дополнений, которые, как мы теперь видим с высоты современных знаний, только портили книгу. Альфреда Вегенера скептики обсмеяли и затравили с его дрейфом континентов. На пользу? Или, может быть, только зря потратили несколько десятилетий, в течение которых теоретическая геология продолжала идти по ложному пути "фиксизма"? Может быть, отнесясь к идеям Вегенера с большим интересом и вниманием, геологи нашли бы доказательства тектоники плит лет на 30 раньше?

Есть, по-моему, даже некий особый психологический тип такого ученого-опровергателя, который строит свою карьеру и повышает репутацию путем усиленной демонстрации своего скептицизма: чем скептичнее, тем солиднее и ученее. Каждое революционное открытие создает обширную, заманчивую нишу для опровергателей. Особенно если авторы открытия действительно перестарались и выдали слишком экстремистские формулировки (пример: "центральная догма молекулярной биологии" Крика, которая обеспечила работой целое поколение опровергателей, открывавших то обратную транскрипцию, то эпигенетическое наследование. И это, кстати, яркий пример позитивной роли скептицизма в науке, и таких примеров полно, всё дело именно в чувстве меры! В других случаях польза опровергательства менее очевидна - как в случае с танцами пчел, за которые сначала дали нобелевку, а потом опровергали-опровергали, да так и не опровергли, хотя отдельные специалисты навсегда застряли на опровергательной стадии. Я про Менделя даже не буду сейчас... В общем, слово Франсу де Валю:


Как же быть со скептиками, которые убеждены, что животные по определению застряли в ловушке настоящего времени и только человек помышляет о будущем? Обосновано ли их высокомерие или они просто закрывают глаза на возможности животных? И почему человечество так склонно преуменьшать интеллект животных? Мы без колебаний отказываем им в способностях, которые у себя воспринимаем как должное. Что стоит за этим? В попытке понять, каким уровнем интеллектуального развития обладают другие виды, главная проблема заключается не в животных, а в нас самих. Человеческое мироощущение, способность к творчеству и воображение в значительной степени составляют часть проблемы. Прежде чем мы зададимся вопросом, способны ли животные на какую-либо разумную деятельность – особенно такую, которую мы высоко ценим в себе самих, – нам следует преодолеть внутреннее сопротивление, чтобы по меньшей мере рассмотреть эту возможность. Поэтому главный вопрос книги: «Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?» (...)

Короткий ответ таков: «Да, но кто его знает?» В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Народная традиция приписывать животным способность думать и испытывать эмоции считалась наивной и нелепой. Мы, ученые, ничего не принимали на веру. Мы никогда не позволяли себе воспринимать всерьез высказывания вроде «моя собака ревнива» или «мой кот знает, чего хочет», не говоря уже о более сложных материях, таких как способность животных переживать прошлое или сочувствовать чужой боли. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. К счастью, были исключения, и позднее я непременно остановлюсь на них, так как отдаю должное истории своей науки. Однако две главные школы психологии рассматривали животных или как механизмы, построенные по принципу «стимул – реакция», с тем чтобы избежать наказания и получить вознаграждение, или как роботов, генетически наделенных полезными инстинктами. Притом что обе школы не обладали широтой взглядов и спорили друг с другом, их объединял фундаментальный механистический подход: не следует принимать во внимание внутренний мир животных, а тот, кто принимает, придерживается антропоморфных, романтических и ненаучных взглядов.
Стоит ли вспоминать об этом непродуктивном периоде? В предшествующие годы представления были заметно свободнее от предрассудков. Чарльз Дарвин подробно писал об эмоциях животных и человека, а множество ученых XIX столетия стремилось обнаружить у животных развитый ум. Остается тайной, почему такие исследования были приостановлены на неопределенное время и для чего мы по собственной воле повесили камень на шею биологии – так выдающийся эволюционист Эрнст Майр охарактеризовал картезианское представление о животных как о бездушных автоматах{2}. Но времена меняются. Наверное, все обратили внимание на лавину информации, которая в последние два десятилетия стремительно заполнила Интернет. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в качестве подтверждения. Мы узнаем, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Мы открыто говорим о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.
Во всех подобных случаях мы предпочитаем сравнивать и противопоставлять интеллект животных и человека, принимая самих себя за точку отсчета. Следует, однако, сознавать, что этот способ давно устарел. Сравнение нужно проводить не между животными и человеком, а между одним видом животных – нами – и великим множеством других. И хотя по отношению к последним я в большинстве случаев буду употреблять условное обозначение «животные», невозможно отрицать, что люди – точно такие же животные. Таким образом, мы сравниваем не два разных интеллекта, а, скорее, разновидности одного и того же. Я рассматриваю человеческий разум как вариант животного разума. Ведь непонятно даже, насколько продвинут наш разум по сравнению с разумом, способным управлять восемью независимо движущимися конечностями, каждая из которых снабжена самостоятельной нервной системой, или разумом, позволяющим летающему существу охотиться на подвижную добычу, руководствуясь отражением собственных пронзительных звуков.
Мы, конечно, придаем первостепенную важность абстрактному мышлению и языку (пристрастие, по поводу которого я постараюсь не иронизировать в этой книге), но в отдаленной перспективе это всего лишь один из способов выживания. Муравьи и термиты, возможно, нашли лучшее применение своей численности и биомассе, чем мы, сделав ставку на тесное взаимодействие между членами колонии, а не на индивидуальное сознание. Каждое сообщество действует как самоорганизующийся разум, даже то, которое топчется вокруг нас на тысячах маленьких лапок. Существует множество способов перерабатывать, упорядочивать и распространять информацию, но только недавно наука приобрела достаточную широту взглядов, чтобы рассматривать все эти способы с удивлением и восхищением, а не с пренебрежением и осуждением.
Так что – да, мы достаточно умны, чтобы оценить по достоинству другие виды, но для этого потребовалось, чтобы сотни фактов, первоначально полностью отвергаемых наукой, пробились сквозь нашу твердолобость. Причины, по которым мы избавились от излишка предубеждений и антропоцентризма, следует искать в том, что мы узнали и переосмыслили за прошедшее время. Оценивая эти перемены, я неизбежно привношу собственную точку зрения, отдающую предпочтение целостности эволюции в ущерб традиционному дуализму. Противопоставления ума и тела, человека и животного или рассудка и эмоций могут показаться плодотворными, но уводят далеко в сторону от общей картины. Биолог и этолог по образованию, я не могу оправдать скептицизма прошлых лет, связывавшего нас по рукам и ногам. Сомневаюсь, что он стоил того океана чернил, который мы, в том числе и я, на него потратили.
This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/221078.html. Please comment there using OpenID.

По малочисленным просьбам читателей

16-Jan-17 16:57

Оригинал взят у
bbzhukov в По малочисленным просьбам читателей
Честно говоря, я надеялся, что либо уважаемый <lj user=barson>, либо кто-нибудь из участников дискуссии в ЖЖ <lj user=macroevolution> повесит если не запись, то хоть краткий пересказ того, что было в пятницу в ИПЭЭ на семинаре «Вопросы эволюции». Но никто так и не собрался, а не попавшие интересуются. Так что, видать, придется самому.

Итак, заявленная тема доклада Михаила Чудецкого – «Роль курганчиковой мыши в становлении индоевропейской цивилизации». Суть (насколько я ее понял): есть такая зверюшка – курганчиковая мышь (Mus spicilegus), близкий родич знакомой всем домовой мыши и очень на нее похожая. Однако от нее и от прочих близких родственников отличается уникальной формой поведения, связанной с запасанием еды. Вообще еду запасают очень многие грызуны и многие из них предпочитают в качестве объекта запасания сухие семена, в том числе зерна злаков. Но все мыши как мыши, запасают еду где-нибудь в глубоких отнорках, выбирая, где почва посуше. А эта мышь запасает зерно (до 10 кг!) в курганчиках. Попросту говоря, складывает в кучу на поверхности над своей норкой, прикрывает сверху слоем земли и травяной ветошью (если надо, то еще и дренажной канавкой обводит). А потом снизу, из-под земли пробивает к этом хранилищу вертикальные штреки, в которые зерно сыплется само. Однако все никогда не высыпается (мышь не лущит колоски, а складирует фураж прямо в них), и по весне над курганчиками восходят плотные смешанные куртины нескольких видов злаков. А чего им не восходить? Земля разрыхлена, увлажнена талыми водами, хорошо аэрирована. Тесновато, правда, зато нет проблемы прорасти сквозь дерновину (которой были покрыты все места произрастания степных и луговых злаков, пока человек не начал пахать землю).

Это все было известно. А основная мысль доклада состояла в том, что такой способ запасания с такими регулярно наступающими последствиями превратил курганчиковую мышь в «платного распространителя» семян предпочитаемых ею злаков: она стала выполнять для них ту же функцию, что сойка – для дуба, кедровка и бурундук – для кедра и т. д. Т. е. отношения мыши и злаков превратились в симбиотические, что определило дальнейшее направление эволюции наиболее любимых ею злаков: увеличение размера семени (раз мышь носит, можно не облегчать семя, а напихать в него побольше запасных веществ – стартового капитала будущего растения), неопадание спелых зерен из колоса, утрата приспособлений для прорастания в дерновине, адаптация к росту в сильно загущенных посадках (где выгоднее не ветвиться, а сразу выгонять одну высокую трубку с колосом) и т. д. И все это – именно те качества, которые облегчают окультуривание злака, превращение его из дикого в посевной. Т. е. союз с мышью фактически преадаптировал ряд злаков к введению их в культуру ранними земледельцами-людьми.

Разумеется, земледелие (в том числе возделывание злаков) возникло независимо в разных местах планеты, и везде люди как-то придали выбранным для этого злакам все эти качества. Но во всех древних очагах в культуру вводилось по одному, максимум – по два злака. А в переднеазиатском Плодородном полумесяце – сразу пять: два вида пшеницы, рожь, ячмень и овес. По мысли докладчика, состав этого роскошного набора определила именно мышь – именно эти злаки составляли основу ее запасов. Если так, то ее курганчики, облегчив обитателям тех мест переход к земледелию, дали им огромную врменнУю фору.

Мало того. Давно было известно, что геном культурной мягкой пшеницы Triticum aestivum – это генетический монстр-гексаплоид, представляющий собой результат объединения геномов трех самостоятельных (и даже не очень близкородственных) видов злаков: дикой пшеницы Triticum urartu, какого-то точно не установленного злака (скорее всего из рода Sitopsis) и эгилопса Aegilops tauschii. (Другая широко распространенная культурная пшеница – твердая, T. durum – тоже монстр, но поскромнее, всего лишь тетраплоид, слепленный из другой дикой пшеницы и другого эгилопса.) Причем первое слияние геномов (заметьте: не просто гибридизация, а слияние геномов, приведшее к тому, что у получившегося растения стало вдвое больше хромосом, чем было у каждой из родительских форм!) произошло сотни тысяч лет назад, т. е. «древние селекционеры» тут уж точно ни при чем – их дальние предки жили вдали от этих мест и, вероятно, были еще не сапиенсами, а поздними эректусами. Второе произошло уже в раннеземледельческие времена, но совершенно непонятно, с каких фигов древние хлеборобы решили «улучшить» уже возделываемую полбу (пшеницу-двузернянку, результат первого слияния геномов) совершенно несъедобным для человека эгилопсом. Так вот, по мысли докладчика, люди тут ни при чем: семена и молодые растения всех упомянутых видов регулярно встречались друг с другом в мышиных курганчиках. Что там было, какие невероятные стечения обстоятельств привели к такому «срастанию» геномов разных видов – неизвестно, но мало ли? Может, в каком-то из этих злаковых живых снопов еще и безвременник рос...

И все бы складывалось просто чудесно, кабы не одна закавыка: в самом раннем в мире очаге возделывания злаков, где, по единодушному мнению специалистов (с которыми согласен и докладчик), произошло окультуривание всех этих замечательных злаков, – Плодородном полумесяце – курганчиковая мышь не водится. И судя по палеонтологическим данным, не водилась никогда. Ее ареал – бассейн среднего и нижнего Дуная (Австрия, Венгрия, равнинная Румыния), бОльшая часть Украины, Ростовская область  и, возможно, другие «приукраинские» российские регионы. А в Плодородном полумесяце и вокруг него живет мышь македонская (она же турецкая) – ближайший родич курганчиковой, очень похожая на нее всеми чертами и повадками, кроме одной: она никогда не строит никаких курганчиков, а зерно запасает, как все приличные мыши, в норе. О чем докладчику не преминула сообщить Елена Котенкова – крупнейший отечественный специалист по мышевидным грызунам, сотрудник того самого института, в стенах которого проходил семинар.

Докладчик (который вообще-то об этом знал) предложил обойти эту трудность предположением, что в прежние-де времена у македонской мыши тоже была такая форма поведения, но с изменением климата стала невыгодной и выпала. Вспомнили, что в старой зоологической литературе есть сообщения, что закавказские македонские мыши иногда устраивают кладовые на поверхности, если там есть какое-то естественное укрытие (например, коряга). Это всегда интерпретировалось как своего рода потенциальный «зачаток» – редкая уклоняющаяся форма поведения, из которой у близкого вида развилось сооружение курганчиков. Докладчик же, наоборот, считает, что это рудимент поведения, свойственного-де общему предку обоих видов, но затем у македонской мыши выпавшего. Что, конечно, в принципе можно себе представить – но, как резонно заметила та же Котенкова, никаких фактических оснований для такого предположения нет.

(Нота-бене: в принципе эти основания можно было бы и поискать. Конечно, формы поведения обычно не оставляют окаменелостей. Но курганчики – структуры весьма характерные, встречаться должны были – если гипотеза Чудецкого верна – массово, а времена сравнительно недавние, какие-то следы могли и сохраниться. Беда в том, что если наложить территорию Плодородного полумесяца на современную карту мира, то он накроет Палестину, Сирию, юго-восток Турции и запад Ирака. Самое время сейчас ехать туда остатки курганчиков искать, ага...)

Вообще было впечатление, что докладчик не очень представлял себе, в какую аудиторию он идет, и совершенно не был готов даже к относительно безобидным вопросам – не говоря уж о жесткой критике. Не улучшило впечатление и употребленное в названии доклада слово «индоевропейской» – оно вызвало недоуменные вопросы еще до семинара (в обсуждении в журнале Маркова). А на самом семинаре присутствовала Светлана Бурлак, квалифицированно пояснившая автору и аудитории, что во времена, о которых идет речь, никаких «индоевропейцев» не было не только на указанных территориях, но и вообще в природе. И сразу же, конечно, выяснилось, что докладчик употребил это слово только потому, что оно длинное и красивое – совершенно не представляя, ЧТО оно, собственно, значит.

Тем не менее сама основная идея доклада – специфический симбиоз ряда злаков с грызуном-распространителем как фактор эволюционной преадаптации этих злаков к окультуриванию человеком – представляется интересной и небессмысленной. Хорошо бы, чтобы кто-нибудь покопал и покрутил ее поосновательнее.

Вот мы тут сидим, а люди открывают новые надтипы

16-Jan-17 12:57

Описан новый надтип архей, к которому относятся предки эукариот

Современные методы метагеномного анализа уже позволяют собирать из фрагментов ДНК, выделенных из проб воды, донных осадков, почвы и других сред, целые геномы микроорганизмов, в том числе новых для науки. В 2015 году таким способом были открыты локиархеи — неизвестная ранее группа архей, близкая к эукариотам. Целенаправленный поиск микробов, родственных локиархеям, привел к обнаружению большой и разнообразной группы, заслуживающей ранга надтипа и получившей название «Асгард». В эту группу, помимо описанных ранее локиархей и торархей, входят два новых типа: одинархеи и хеймдалльархеи. В геномах асгардархей закодировано множество белков, ранее считавшихся характерными только для эукариот, в том числе многие компоненты цитоскелета, а также молекулярные системы, отвечающие за везикулярный транспорт и убиквитин-зависимую деградацию белков. Никто пока не видел асгардархей под микроскопом, но геномные данные указывают на более сложную организацию их клеток по сравнению с обычными прокариотами. Предки эукариот почти наверняка были асгардархеями, возможно, близкими к хеймдалльархеям. Открытие показало, что ряд шагов в сторону усложнения организации был сделан предками эукариот задолго до приобретения митохондриального симбионта.

Читать полностью

Схема клеточных процессов, в которых у эукариот участвуют белки, ранее считавшиеся уникальными для эукариот, но теперь обнаруженные у архей из новооткрытого надтипа.

Семинар "Вопросы эволюции" №43

10-Jan-17 16:02

В пятницу, 13 января, в 18:00, по адресу:
Ленинский пр-т, 33, в большом конференц-зале на первом этаже
состоится очередное заседание семинара
«ВОПРОСЫ ЭВОЛЮЦИИ»

Доклад:
Роль курганчиковой мыши в происхождении индоевропейской цивилизации

Докладчик: Чудецкий Михаил Юрьевич
Геологический факультет МГУ

Цивилизации доколумбовой Америки обладали одним культурным злаком – кукурузой, цивилизации Востока базировались на выращивании риса. Почему Природа так нечестно «раздала колоду ресурсных карт», что у индоевропейцев оказался не один, а пять злаков: ячмень, рожь, овес и два предка пшеницы? Впервые этот вопрос был сформулирован Н.И.Вавиловым. Данные палеонтологии, биогеографии, этологии и генетики позволяют комплексно подойти к этой загадке и, – как представляется автору – ее разгадать. Европейцы давно отвечают виновнику этой исторической несправедливости всей мощью химического оружия.

Окситоцин, любовь и война

04-Jan-17 12:53

Нейропептид окситоцин играет важную роль в регуляции социального и полового поведения животных. Для разных видов млекопитающих (от крыс до людей) показана способность окситоцина стимулировать аффилиативное (дружеское), половое и родительское поведение, подавлять страх, повышать доверчивость и восприимчивость к положительным социальным стимулам. Кроме того, окситоцин стимулирует у людей «оборонительную» агрессию против чужаков в контексте межгрупповой конкуренции. Германские приматологи, изучающие диких шимпанзе в национальном парке Таи (Кот-д’Ивуар), показали, что межгрупповые конфликты у шимпанзе сопряжены с повышением уровня окситоцина в моче. При коллективной охоте на мелких обезьян окситоцин у шимпанзе тоже повышается, но не так сильно. Новые данные позволяют предположить, что окситоцин является у шимпанзе не «гормоном любви и дружбы», а «гормоном любви, дружбы и войны».

Читать полностью


Для тех, кто прочел статью по ссылке, добавлю небольшой комментарий от себя. Неформальный, ненаучный, некорректный, чистые домыслы и грубое биологизаторство, ага.

Это очень важная работа, благодаря которой в общих чертах складывается весь окситоциновый пазл. Окситоцинэргическая система у млекопитающих с давних пор служила для регуляции репродктивного и родительского поведения. У социальных видов и у тех, кто формирует устойчивые брачные пары, эта система кооптируется для обслуживания аффилиативных (дружеских) отношений и привязанностей, а также для координации групповых действий (как, например, при коллективной охоте на мелких обезьян, которую практикуют шимпанзе). У видов, для которых характерны регулярные кровопролитные межгрупповые конфликты (как у шимпанзе и людей), эта система может быть привлечена еще и для обслуживания парохиальности и парохиального альтруизма. "Гормон любви и дружбы" становится "Гормоном любви, дружбы, координации групповых действий и войны" (не цепляйтесь к такому употреблению термина "гормон", я использую здесь это слово в расширенном смысле, поэтому в кавычках).

Развитая окситоцинэргическая система регуляции социального поведения - удобнейшая преадаптация для создания системы, регулирующей военное поведение. Окситоцин усиливает аффилиацию; чувствительность к положительным социально-значимым стимулам (т..е. к аффилиативным действиям и сигналам сородичей); отсюда - сплоченность, чувство "один за всех и все за одного", боевое братство - замешанное на остром чувстве любви к "своим", к боевым товарищам, к тем кто с нами.

Окситоцин притупляет чувство страха - в случае родительского поведения это полезно, чтобы защищать детеныша. Насколько это полезно в случае войны - пояснять не нужно.

А еще окситоцин повышает доверчивость (показано на людях). Отсюда - повышенная уязвимость к пропаганде, исходящей от "своих", если присутствует социальный контекст "наших бьют". Только очень ленивый лидер не использует эту уязвимость (и проиграет битву).

В обсуждаемой статье описано поведение шимпанзе в ходе инициации боевого рейда (есть также видео). Громкие вопли, беготня, объятия, растущее возбуждение, троганье друг друга за гениталии. Затем начинается рейд - и обезьяны замолкают, сосредотачиваются, идут бесшумно и чутко, держат строй.

Сравните это, например, с типичными средневековыми батальными сценами в голливудовских фильмах (которые, вероятно дают идеализированное, сказочное, но естественное для нас представление об инициации межгрупповой стычки). Сначала страх и сомнения, потом пламенные речи вождей, громкие крики, объятия, чувство боевого братства - и страх отступает, и появляется спокойная решимость...  Я, слава богу, никогда не принимал участия в боевых действиях. Но  вспомните чувства, которые захватывали участников протестных митингов. Помните, у многих было такое чувство, что кругом столько прекрасных людей. Это, я думаю, был выброс окситоцина, стимулируемый социальным контекстом "мы вместе против них".

Похоже, любовь и война крепко связаны через окситоцинэргическую систему. Эта связь, конечно,  ни в коем случае не является неразрывной. Плохо то, что межгрупповая вражда - сильнейший стимул для любви, и поэтому людям будет очень трудно избавиться от вражды.

Оригинал записи на Дриме (комментировать лучше там)

Журнал "Природа": первый интерактивный альманах

31-Dec-16 15:35

 Журнал "Природа" выпустил
первый интерактивный альманах.

Предполагается, что такие альманахи буду выходить раз в полгода.

В первый выпуск вошло 6 статей, в т.ч. моя про "мир палиндромов".

Кстати, я был приятно удивлен, обнаружив, что эта идея, которая была опубликована только в моем ЖЖ и в "Природе", попала в поле зрения Михаила Никитина и была им увековечена в книге "Происхождение жизни".
Второй такой приятный для меня сюрприз в книге Никитина - принятие им сценария зарождения эукариот в цианобактериальном мате, причем именно в том виде, в котором этот сценарий был расписан лет 10 назад в наших с А.М.Куликовым статьях. Тогда это было почти что высасывание из пальца. В ПИНе и дружественных институтах тогда вошла в моду бактериальная палеонтология, маты, эксперименты по образованию строматолитов и т.п. И я помню, как сочинял этот сценарий, опираясь в основном на воображение :) Но в итоге довольно неплохо многое угадалось и сошлось.

Редакция журнала "Природа" приветствует конструктивную критику по альманаху.

Слава Александре Элбакян!

28-Dec-16 14:09

Вообще-то мне давно хотелось написать про
Александру Элбакян.



Я считаю, что она сделала больше, чем кто бы то ни было, и для развития науки, и, в ещё большей степени, для ее популяризации, для образования и просвещения. Что бы делали без нее, например, авторы "Элементов"? А лекторы, которым нужно вставлять в свои лекции данные из новых публикаций? А когда пишешь любую научную статью, чтобы написать нормальное введение и обсуждение, обычно необходимо выкачать десятки полнотекстовых статей, из которых большинство - в платном доступе. Эта проблема особенно остро стоит здесь и сейчас, когда научные институты и университеты (вероятно, из-за отсутствия денег) практически не обеспечивают сотрудников подпиской на научные журналы.
Единственное, что меня останавливало - боязнь, что привлечение дополнительного внимания к sci-hub увеличит риск закрытия этого благословенного и спасительного сайта. Но теперь это уже не актуально, поскольку прославлением Александры занялся журнал Nature, включивший ее в десятку "людей года" (см.: Nature’s 10. Ten people who mattered this year).

"Critics and supporters alike think that the site will have a lasting impact, even if it does not last. “The future is universal open access,” says Heather Piwowar, a co-founder of Impactstory, a non-profit firm incorporated in Carrboro, North Carolina, which helps scientists track the impact of their online output. “But we suspect and hope that Sci-Hub is currently filling toll-access publishers with roaring, existential panic. Because in many cases that’s the only thing that’s going to make them actually do the right thing and move to open-access models.

Whether or not that’s true, Elbakyan says she will keep building Sci-Hub — in particular, to expand its corpus of older manuscripts — while studying for a master’s degree in the history of science. “I maintain the website myself, but if I’m prevented, somebody else can take over the job,” she says."

Я-то вообще с детства ненавижу всякие заборы, цензуру, железные занавесы, сожжения книг и блокировки сайтов - неважно, какими интересами, экономическими, политическими или просто держимордскими, мотивируется деятельность всех заборостроителей и "министерств правды" на свете. Я  восхищаюсь Александрой.

Слава интернету и информационным технологиям! Это же счастье - жить в такое прекрасное время, когда девчонка из Казахстана может взять и в одиночку победить целую огромную систему, многомиллионный бизнес, наживающийся на противодействии распространению знаний, которые должны быть открытыми для всех.





This entry was originally posted at http://macroevolution.dreamwidth.org/218695.html. Please comment there using OpenID.